Сакит Мамедов

«Художник должен сочетать правду с красотой»

Лион Фейхтвангер

СТРАНА, КАК ПЕРВАЯ ЛЮБОВЬ…

 

В моей жизни почти ничего не изменилось – я был художником в СССР, и сейчас я художник… Мой мир – это мольберт, краски, размышления и образы… Образы, которые иногда уносят меня в прошлое…

Нефтечала… Мой родной город… Тихий, спокойный провинциальный городок с размеренной жизнью и удивительно добрыми людьми. Мое детство было наполнено учебой и бескрайним южным небом, которое будоражило мое юношеское воображение и рождало в душе светлые предчувствия будущей жизни…

Родители мои были простыми, патриархальными людьми, и всю жизнь честно трудились для государства и своей семьи. Мама была глубоко верующей женщиной, совершала намаз и ни с кем это не обсуждала. Мне кажется, в советское время мы были большими мусульманами, чем сейчас. Ведь тогда с религией серьезно боролись, и те, кто верил, были по-настоящему искренними и преданными Богу. В наше же время много показухи и пустых разговоров о религии. Все как будто себя рекламируют, забывая, что Аллах не нуждается в рекламе. Он просто должен быть у тебя в душе и сердце. И еще мы забыли, что Всевышнего надо не бояться, а любить. Ведь именно любовь является самым главным нашим предназначением на земле… Мы, например, никогда не видели Леонардо да Винчи, но мы восторгаемся его гением. Мы не были знакомы с Низами Гянджеви, но зачитываемся его поэмами. Так и с Всевышним – он создал наш мир с огромной любовью ко всему живому, и особенно к человеку. Всевышний нас любит, а мы его почему-то боимся. Но когда человек испытывает страх и ужас, значит с ним что-то не так… Бояться надо своих грехов, а не Милостивого и Милосердного Бога…

Когда мы переехали в Баку, я полностью сконцентрировался на учебе – поступил в художественное училище, ходил в кружок гитары, осваивал игру на сазе и заслушивался мугамом. В студенческие годы мы с нетерпением ждали выставок, на которых выставляли свои работы Микаил Абдуллаев, Таир Салахов, Моисеенко… А сейчас многие художники организовывают группы по интересам, но это уже не искусство. Это просто ущербное видение мира того или иного человека. Но почему я должен смотреть на мир через грязные глаза и больные мысли этих так называемых художников? Почему мне навязывают созерцание отвратительных по форме и содержанию картин или инсталляций, типа головы Ленина, вставленной в унитаз? Мы можем критиковать его деятельность, но глумиться над умершим человеком недостойно. Ведь если мы не будем уважать себя и свою историю, то нас никто не будет уважать…

Потом в моей жизни наступил самый счастливый период – я, простой парень без всяких связей поступил в одну из самых лучших художественных Академий мира – Ленинградскую! Я учился с утра до ночи, и вскоре стал получать ленинскую стипендию, целых 100 рублей! Это была почти целая зарплата инженера… Этой стипендии мне вполне хватало на жизнь. Советское образование было гораздо лучше и серьезней, чем сейчас. Мне кажется, не стоило разрушать то, что приносило такие великолепные плоды. Ведь именно в тот период в Азербайджане появилась целая плеяда гениальных художников, которые получили образование в Москве или Питере… Благодаря Советскому Союзу у нас появились гениальные художники, музыканты, композиторы, писатели, архитекторы. Они – дети СССР, и до сих пор находятся на недосягаемой высоте.

А сейчас любой человек, прикрываясь термином «концептуальное искусство», может представить зрителю свои работы – старые окна, грязные мятые коробки, мертвых кошек. И получается, что все мы художники, и учиться для этого не обязательно. Мы живем в мире, где «концептуальность» стала полезнее содержания, а цена важнее искусства. Видимо поэтому современные певцы присваивают себе какие-то опереточные титулы – Король, Император, Принцесса. Кроме того, низкий уровень их исполнения портит наш вкус и не соответствует традициям азербайджанской музыки. В советское время этого не было. Были Великие Артисты – маэстро Ниязи, Рашид Бейбутов, Муслим Магомаев, Шовкет Алекперова, Зейнаб Ханларова, Октай Агаев, Гаджибаба Гусейнов, Сабир Мирзоев, Алибибаба Мамедов. У них были государственные звания и награды, но главное – они пользовались огромной искренней любовью народа, которую невозможно купить ни за какие деньги! Причина такого явления заключалась в том, что в советское время невозможно было попасть на сцену или телевизионный экран, не пройдя строжайший отбор. А уж тех, кто пел на свадьбах, даже близко не был на ТВ!

Телевидение – это вообще отдельный разговор! Когда мы с семьей собираемся вечером перед экраном, я ни на секунду не выпускаю из рук пульт, чтобы мои дети и супруга не увидели что-то недостойное или неподобающее. Да, в советское время телевидение было не таким разнообразным, но самое главное – оно было безопасным для нравственности! Раньше мы равнялись на дикторов азербайджанского телевидения, они были эталоном азербайджанского языка, и благодаря им я еще больше полюбил родной язык. Когда я слышал, как разговаривает Рафик Гусейнов, то мне казалось, что азербайджанский язык самый лучший и красивый в мире! А сейчас на нашем ТВ говорят с акцентами тех районов, откуда ведущие родом, и наша молодежь начинает забывать настоящий литературный азербайджанский язык…

Конечно, в СССР было много недостатков – мы ничего не знали о мире, не могли свободно ездить, не знали, что происходит в сфере искусства на Западе. С бытом тоже все было непросто, потому что даже на честно заработанные деньги ты не мог купить себе машину. Приходилось записывать автомобиль на бабушку или дедушку. Это было обидно и смешно…

В советское время я даже не думал о том, что смогу выехать за границу, и мысленно с этим смирился. Многие мои сокурсники после окончания Ленинградской академии уехали в США, где в то время бурно развивался американский реализм. Мне неоднократно предлагали остаться в Турции, Германии, Австрии и даже преподавать в моей родной ленинградской Академии. Но я – азербайджанец, и не могу жить на чужбине. Через неделю начинаю скучать, тосковать, и когда возвращаюсь в Баку, он мне кажется раем… Азербайджан для меня – это не только родина, это мои родные, близкие, мои замечательные ученики. Я очень люблю свой народ, и когда мы общаемся с представителями других стран, то должны в первую очередь думать помнить о том, что представляем не только себя, но и свою родину.

Из-за трагических карабахских событий постоянно вспоминают о фигуре Горбачева, но я, честно говоря, иногда скучаю по Брежневу. Наверное, это у меня связано с молодостью, когда по телевизору все время показывали его лицо… К Брежневу я испытывал определенное уважение, а вот в Горбачеве сразу же почувствовал подлую, предательскую сущность. Однажды в московском Манеже проходила моя выставка, а на первом этаже располагалась выставка в честь какого-то горбачевского юбилея, и за десять дней я ни разу не спустился на его этаж, настолько омерзительна мне его личность. Он предал не только нас, азербайджанцев, но и весь советский народ…

И все же, я не верил, что Советский Союз перестанет существовать. Когда республики Прибалтики вышли из состава СССР, я даже подумал – они что, с ума сошли?! Но чем дольше Горбачев оставался у власти, тем отчетливее я понимал – страна с таким руководителем катится в пропасть…

Честно говоря, по натуре я все еще остаюсь советским человеком. Мы искренне любили наших русских друзей, коллег, знакомых, учителей. И они нас любили… Мы жили, учились и делили хлеб, не задумываясь о национальностях… Правда, в советские времена я очень злился, когда меня спрашивали – а где находится Азербайджан? Или же когда всех художников поголовно называли русскими… Сейчас мы живем в независимом Азербайджане, которым должны гордиться. За границей нас уже не принимают за русских, как это было раньше, и название моей страны знают во всем мире, от Сингапура до Испании… Но СССР остался в моем сердце и воспоминаниях, как первая любовь. И для меня это было самое лучшее время – молодость, Академия художеств, хорошие друзья и мой дорогой учитель Моисеенко, который относился ко мне, как к сыну. Разве можно об этом забыть?

Сакит Мамедов,

художник

Книги->Книга «СССР : плюсы и минусы»