ДОРОГИ СЛАВЫ

Здесь должно было быть вступление, но поскольку мой визави, известный блогер и колумнист Слава Сапунов, сам является журналистом, то он прекрасно знает, как и зачем пишутся эти пафосные строки. Поэтому я решил пожертвовать формой ради содержания…

— Брать интервью у журналиста – задача не из легких…

— Как-то у меня брали интервью на тему «любовь и романтика». Вот самая неудобная для меня тема!

— Вы хотите сказать, что когда тебе около сорока лет, романтика должна уступить место разуму?

— Было бы желательно, но это зависит от каждого конкретного человека. Мое поколение было достаточно романтичным, мы верили в светлые идеи и до определенного возраста были ограждены от мира взрослых проблем.

— Почему вы решили поступать на филологический факультет?

— Прежде всего, благодаря моей учительнице, Алле Михайловне Богаткиной, которая преподавала русский язык и литературу в 66-й школе на Монтино. Я же монтинский, прожил там больше тридцати лет.

— Сложный был район в свое время…

— В свое время в Баку было много «сложных» районов. С другой стороны, мое Монтино было замечательным местом: соседи, друзья, знакомые — все были понятными и близкими. Сейчас все изменилось категорически, даже география, не говоря уже о населении! Проспект, словно огромная скоростная река, перерубил мои «караванные» тропы. Теперь Монтино считается элитным районом, который постоянно перекраивается и застраивается современными зданиями. Это все замечательно, жаль, только, что уничтожили знаменитый Монтинский парк…

— Иногда я проезжаю мимо этого парка, и он производит довольно гнетущее впечатление.

— От него остался жалкий пятачок, а во времена моего детства это была огромная лесопарковая зона с кинотеатром, «зеленым» театром, тиром, аттракционами, духовым оркестром и всевозможными развлекательными мероприятиями. К сожалению, достойная подражания система парков культуры и отдыха полностью утрачена.

— Обычно мальчишкам не очень свойственно увлекаться литературой. Чем же она, помимо хорошей учительницы, вас увлекла?

— Это стереотип, что мальчишки больше любят физику или математику. Я читал лет с пяти, был записан в три библиотеки. Других развлечений же тогда почти не было — кино раз в неделю, какой-нибудь «Будильник» перед программой «Служу Советскому Союзу» да «В гостях у Сказки» с незабвенной Валентиной Михайловной Леонтьевой.

В четвертом классе я увлекся астрономией, и у меня до сих пор есть целая полка мудреных книг по планетологии да астрофизике. Потом, начитавшись Джеральда Даррелла и Тура Хейердала, принялся изучать географию, и мечтал поплыть с друзьями на плоту по Самур-Абшеронскому каналу. Я же тогда не знал, что он шириной два метра! (смеется). А чуть позже я всерьез увлекся историей циркового искусства, научился жонглировать четырьмя мячами, тремя булавами, балансировать на катушке и даже отправил запрос в московское училище эстрадного и циркового искусства ГУЦЭИ! Дома чуть с ума не сошли от моей идеи стать цирковым («циркач» — плохое слово!). Однако когда я узнал, что даже неподражаемый Юрий Куклачев поступил в ГУЦЭИ только с третьего раза, это немного остудило мой пыл. Смутно помню, что мне также пришло приглашение на перевод в физико-математическую школу, вот это действительно было совсем не для меня. Зато я был очень активным пионером с солидной номенклатурной карьерой (улыбается).

_sah9753

— Вы действительно верили в эти идеалы?

— Естественно, верил, несмотря на то, что дома порой критиковали советскую власть, а мой дядя вообще был порядочным антикоммунистом и все боялись, что его посадят. Слыша разговоры взрослых, я постоянно задавал себе вопрос — как же можно ненавидеть коммунистов, у нас же лучшая в мире страна?!

В какой-то момент я был самым маленьким в классе, но благодаря пионерской деятельности стал председателем Совета нашей пионерской дружины имени Зои Космодемьянской, а потом — комиссаром районного штаба, этаким «вторым секретарем райкома» (улыбается)…

— Как вас в этой роли воспринимали одноклассники?

— Кто-то подшучивал, кто-то втайне завидовал, кто-то воспринимал это совершенно спокойно. У меня была отличная школа и прекрасный класс. Тем более, иногда я снимал друзей с занятий и устраивал почетный караул возле памятника Нариману Нариманову. Всем это нравилось, потому что двое стояли в карауле, а остальные носились по Наримановскому скверу и ели мороженое. А наш Совет дружины, прежде всего, был веселой компанией, где руководство школьной пионерией сочеталось с посиделками, вечеринками, танцами… Кроме того, пионерская организация с ее барабанами, маршами и знаменами была для меня тем местом, где я мог испытать настоящий мальчишеский драйв.

— Но к комсомольскому возрасту вера в «светлое будущее» куда-то испарялась…

— Мой комсомол пришелся на перестройку и гласность. Хлынул такой поток информации, что мы уже и не знали чему верить. Кстати, именно в это время я прочитал «Мастера и Маргариту».

— Этот многослойный роман стал знаковым для большинства советских людей. А чем он зацепил вас?

— Прежде всего, сатирой и уморительными персонажами, тем более что с детства я любил «12 стульев», «Похождения бравого солдата Швейка», «Трое в лодке, не считая собаки», чуть позже зачитывался Аверченко, отдельными произведениями Марка Твена, Тэффи, Зощенко. И, конечно же, мне очень нравилась мистическая фигура благородного Воланда – части той силы, что «вечно хочет зла и вечно совершает благо».

— В чем же вы видели благородство Воланда?

— Он наказывал плохих людей, спасал хороших, расставлял все точки над «i». Именно поэтому для своей дипломной работы я выбрал «Демонизм в творчестве Булгакова».

— Кем были кумиры вашей юности?

— Высоцкий! Будучи старшеклассником, я собрал огромный архив о его жизни и творчестве, включая польские и чешские интервью, а книгу «Нерв» мы всей семьей переписали за две ночи! Мне нравились его потрясающие песни, которые заряжали энергией, которые вдохновляли, и, конечно же, его Жеглов в фильме «Место встречи изменить нельзя». Помню, однажды я услыхал слова Евтушенко о том, что Высоцкий не слишком хороший поэт, и со всем пылом юности я поставил на Евтушенко крест… Сейчас ситуация несколько изменилась…

— Почему?

— Я вырос (улыбается). Невозможно во взрослом состоянии быть влюбленным в того или иного кумира, как это случалось со мной лет в пятнадцать! Но тогда, увидев афишу «Он был чистого слога слуга. Вечер памяти Владимира Высоцкого», я немедленно отправился на представление. А после написал артистам благодарственное письмо. Меня пригласили познакомиться. Так я оказался в театре-студии «Поиск», руководимом Давидом Григорьевичем Новогрудским. Во Дворце культуры завода им. Лейтенанта Шмидта собирались студенты, молодые рабочие и прочие любители театра. Они читали стихи, играли на гитаре и ставили спектакли. Как раз начиналась работа над спектаклем по повести Василия Шукшина «Точка зрения». И мне, девятикласснику, досталась очень забавная роль Жениха. Я приобрел очень интересный сценический опыт. «Папа! Спасибо за “Запорожец”!» — с этими словами мне на первой же репетиции пришлось обнимать и целовать практически незнакомого человека – моего сценического отца, которого играл дородный майор внутренних войск!.. Много приятнее была роль Принца в постановке по сказкам Андерсена: там целовать приходилось принцесс. Но это уже был другой театр — студия «Дом»…

— С кумирами все ясно, но каждому из нас нужны некие ориентиры, чтобы не затеряться во времени и пространстве. Есть ли у вас такие «маячки»?

— Маячки есть… Это всегда желательно. В какой-то момент я увлекся творчеством Михал Михалыча Жванецкого и даже организовал в Живом Журнале сообщество его поклонников. Я искал подходящие литературные форматы, и Жванецкий оказался мне чрезвычайно близок, потому что, как он сам говорит, «я работаю в жанре литературного брызга, в отличие от плотной струи прозы». В 2005 году я выпустил сборник веселых рассказов и историй.

_sah9771

— А вас не раздражают люди, которые высмеивают и вышучивают любую, даже самую трагическую ситуацию?

— Порой это лишь имидж. Иван Ургант, например, тоже постоянно шутит, но мы не знаем, какой он в жизни. А со Жванецким я встречался, и он оказался совершенно другим человеком – задумчивым, немного грустным, усталым. Да и в кадре Михаил Михайлович давно уже не прежний весельчак… Когда-то у него были очень забавные, едкие вещи, а сейчас пришло время обобщения и анализа. Тех милых моему сердцу диалогов и сценок, которые представляли Роман Карцев и Виктор Ильченко, у Жванецкого сейчас почти нет.

Кстати, сатиру в наше время здорово «разбавили» огромным количеством низкопробного юмора. В советское время любимую всеми передачу «Вокруг света» показывали раз в квартал, ее ждали и наслаждались каждым выступлением Альтова, Мишина, Задорнова и многих других классиков жанра. Увы, сейчас Задорнов заполонил экраны. А много – это не всегда хорошо. Хуже получилось с Лионом Измайловым, который в какой-то момент принялся делать упор на шутках ниже пояса. Когда на юбилее Брежнева Геннадий Хазанов рассказывал про студента кулинарного техникума, который наелся арбуза и не знал, как найти туалет, это было смешно. Но сейчас все шутки на эту тему! Телевизионный юмор — вообще особая и грустная песня. Впрочем, есть авторы, которым удалось сохранить обаяние хорошей, доброй шутки. Я немного переписывался с Евгением Шестаковым – автором большинства монологов Михаила Евдокимова, у него яркий, смешной, хотя и внецензурный блог. Открытием для меня стал и другой блогер — Слава Сэ (Вячеслав Солдатенков), бард и водопроводчик из Риги, с которым, кстати, меня иногда путают. Слава публикует сочные, добрые и невероятно уморительные истории. Они уже опубликованы в трех книгах. Есть в продаже, спросите.

— Мне кажется, современные люди не хотят решать серьезные проблемы, им гораздо проще все заболтать и засмеять… Я помню, как меня передернуло от шуток Урганта по поводу сериала «Сын отца народов». Я понимаю, что этот сериал не выдерживает никакой критики с художественной точки зрения, но эпоха Сталина не тема для шуток!

— Сталин — это невероятно болезненная тема, потому что еще живы те, кто от него пострадал. Для одних Иосиф Виссарионович жестокий тиран и убийца, а для других до сих пор является образцом государственного деятеля. Ленин тоже был немалым злодеем, и мы знаем, сколько людей погублено по его приказу, но при этом в сознании миллионов он по-прежнему дедушка Ленин, а то и милый кудрявый мальчик на октябрятском значке. Я не оправдываю зло, что творилось при Сталине, но при нем происходило и хорошее — победа в войне, подъем экономики, создание атомной державы… Проблема заключается в том, что в нашей бывшей стране, в отличие от Германии, не были подведены официальные итоги, и если немцы открестились от фашизма, запретили его законодательно и принесли свои извинения, то в СССР, в России этого не произошло. На вопрос, кто есть Сталин — гениальный менеджер или злодей, никто так и не ответил.

— Из каких еще ипостасей состоит ваша жизнь?

— Несколько лет я являюсь ответственным редактором журнала Boutique Baku – лидера отечественного глянца. Это еще один мир, открытый мной – мир люкса. Мы пишем не просто о дорогих, мы пишем, прежде всего, об очень хорошо сделанных вещах. Поэтому наши темы разрабатываются как темы об искусстве — ювелирном искусстве, часовом искусстве, искусстве моды, сервиса и так далее. В этот журнал я привнес рубрику «Esse Homo!», где мы публикуем рассказы о выдающихся личностях, интервью с интересными людьми, проповедуя ту мысль, что общение с умными, талантливыми людьми — это тоже роскошь.

Кстати, существуют разные виды люкса, в частности, люксовые путешествия. У нас было столько предложений и столько идей, что рубрика о дальних странах переросла в небольшой журнал «Boutique Travel», и я стал его главным редактором. Благодаря этому у меня появилась возможность чаще ездить, и за четыре года я побывал в пятнадцати странах. Я увидел то, что не видят обычные туристы – часовую мануфактуру Chopard и автомобильный завод Bentley Motors, коньячные погреба Hennessy и шампанские — Moёt Chandon, ювелирные показы Индии и ангары франкфуртского аэропорта. Испытал океанскую качку, ловил барракуд, исследовал пещеры на Лангкави, посетил сафари-парк на Маврикии, где почесал за ушами гепарда и почувствовал, как мурлычет эта огромная кошка. В результате всех этих путешествий у меня появилось личное отношение ко многим вещам. Например, все знают, как выглядит Эйфелева башня, но теперь я знаю, что у нее между опор есть небольшой памятник Эйфелю. С детства я слышал бесконечные репортажи про ливано-израильские войны, а оказалось, что Бейрут — это роскошный, светский город, наполненный огромным количеством бутиков.

— Но кроме журнала вы ведете блог в ЖЖ, а также колонку на самом популярном азербайджанском сайте 1News.az!

— Да, я стараюсь. Правда, времени катастрофически не хватает… Но обещаю поднапрячься, тем более что я планирую еще один онлайн-проект.

— Честно говоря, меня, как пользователя, не устраивает качество большинства наших сайтов, за исключением, пожалуй, государственных. Коммерческие же странички то глючат, то зависают, почти не обновляются…

— Увы, это случается. Для того чтобы как-то активизировать эту сферу, мы с другом десять лет назад организовали Национальную интернет-премию NETTY, которой награждаются лучшие местные сайты, лучшие IT-проекты. В 2014 году состоится юбилейная — десятая — церемония!

Да, местное интернет-пространство пока не такое яркое, как в других странах. У нас по-прежнему мало виртуальных услуг, но все это развивается. Одним из таких прорывов стало, скажем, появление «ASAN xidmət». У нас почему-то несколько предвзятое отношение к местным продуктам, а на самом деле нередко мы значительно опережаем ту же Россию, например. Когда к нам приезжают москвичи, их невероятно удивляет не только количество подземных переходов, но и то, что они оснащены сенсорными эскалаторами. У них такого почти нет, так что нам есть, чем гордиться! (улыбается)

Возвращаясь к вашему вопросу о моих публикациях в блоге и на 1News.az, отмечу, что наиболее дорогая мне тема – мой любимый Баку. По секрету скажу, что даже хочу написать авторский путеводитель по нашей столице. После того, как я стал главным редактором журнала о путешествиях, и увидел, как «по-взрослому» все это происходит за рубежом, меня очень заинтересовала тема развития туризма в Азербайджане, где у этой сферы все шансы стать главным ненефтяным источником бюджета. Но что для этого реально делается? Полным ходом идет строительство отелей. А дальше? У нас до сих пор нет качественных, отвечающих мировым стандартам путеводителей. Найти карту Баку – проблема. За редкими исключениями, наши музеи плохо оборудованы для приема туристов. Авиабилеты дороги, с оформлением виз, говорят, тоже не все просто. Я уже не говорю про сувенирную продукцию. В Лувре, например, функционирует целый супермаркет по продаже сувениров! Все только и говорят о наплыве туристов, но зачем им сюда ехать? Что они здесь увидят кроме Крепости? К слову, Ичери Шехер, на мой взгляд, не только самая древняя часть Баку, но и самая прогрессивная. Там есть аудио-экскурсии, электромобили, указатели… В остальных районах города до сих пор нет удобной и понятной для иностранных туристов туристической инфраструктуры.

_sah9722

— У вас есть какие-нибудь конкретные предложения?

— Наши морские курорты и горнолыжные комплексы пока предназначены для своих граждан. Когда они смогут реально конкурировать, например, с резортами Средиземноморья или лыжными трассами Альп, сказать трудно. Значит, мы должны развивать свою уникальную нишу, привлекая интуриста тем, что есть только в Азербайджане. Слава богу, нам есть что показать, чем удивить: у нас есть история, культура, кулинария, богатейшая и разнообразная природа. Туристическую индустрию можно создать буквально на ровном месте. Например, вокруг легенды о снежном человеке в Шеки или на мифах о каспийской русалке!

Я люблю приводить в пример Эдинбург, где находится огромное количество музеев, дворцов, замков, выставочных залов и так далее. Казалось бы, зачем еще что-то придумывать? Но когда в результате раскопок обнаружили замурованный городской подвал XVII века, куда во время чумы свозили тысячи умирающих людей, то из этого места тут же сделали еще один музей – «Тупик Мэри Кинг».

Там можно увидеть экспозиции жизни людей того времени и в каких условиях им приходилось умирать от чумы. Экскурсию ведет человек, одетый по моде того времени, причем он не зачитывает текст, а разыгрывает целый спектакль! В этом музее такой ассортимент сувениров, что «Третьяковка» отдыхает. Вот вам пример, как из заброшенного городского подвала можно сделать доходное место! Я уже не говорю о Лох-Несских сувенирных размахах…

— Вас, как журналиста, устраивает степень откровенности ваших собеседников?

— Не всегда! У многих внутри сидит строжайший цензор. Причем, это касается не каких-то деликатных вопросов, связанных с властью или политикой. Давая интервью, люди чрезвычайно боятся кого-то обидеть, поэтому у нас практически отсутствует профессиональная критика. Все же друзья и знакомые! Они же обидятся! Вот и терпим некачественную продукцию, терпим произвол бездарей.

— Остается ли у вас время на какие-то увлечения? Как вы отдыхаете, если даже путешествия для вас работа?

— Уж какое там свободное время… Покупаю новые книги, и не успеваю их прочитать, скачиваю фильмы, и мне некогда их посмотреть. Приходится делать определенные усилия, чтобы выкроить время на «бесполезное, но приятное», вроде чтения книги о викторианской Англии. Возможно, моя работа и есть отдых, если я не стремлюсь сократить ее объем?..

 

Январь, 2014

 

Фото  : Шаин Гусейнов

Добавить комментарий