ЛУЧШИЙ МОЙ РОМАН ЕЩЕ ВПЕРЕДИ!

Его романы выходили большими тиражами даже в самые трудные для литературы годы; по некоторым из них сняты сериалы. Он удостаивался многих литературных премий, в том числе международных. А роман «Последнее письмо» занимает 82 место в списке «1000 популярных книг» в Турции, пройдя отбор из 80 тысяч книг. Несмотря на то, что уже вышли девять его романов, он все еще считает, что находится в начале творческого пути… Мы беседуем с директором департамента периодических изданий и социсследований ЗАО Азерб.теле-и радиовещания, писателем Варисом Елчиевым.

 

— Варис, какие книги сформировали Ваше мировоззрение?

— Самой первой, заинтересовавшей меня, 4-х летнего ребенка, книгой, была «Китаби деде Коркуд», большая, с красивыми цветными иллюстрациями. В дальнейшем она же стала и первой прочитанной самостоятельно. Потом я, как и многие мои ровесники, с удовольствием читал приключенческую детскую литературу: про обаятельного Карлсона, живущего на крыше, веселую девочку Пеппи Длинныйчулок, неунывающих Тома Сойера и Гекльберри Финна, очень любил наши сказки и сказки народов мира.

 

— Что читаете в настоящее время?

— «Тору», а ранее Коран и Библию. Люблю книги из серии «Мировые бестселлеры». С удовольствием читаю опубликованную в одном из номеров журнала «Азербайджан» новую повесть моего любимого писателя Анара «Гез мунджуг». Новую книгу французского писателя-романиста Марка Леви. Историко-философский роман боснийского писателя Меши Селимовича «Дервиш и смерть». Кстати, очень трогательную книгу Бахрама Багирзаде о бакинцах. Начал ее просматривать и увлекся. Книги португальского писателя Жозе Сарамаго: его роман «Слепота», признанный «последним бастионом постмодернизма» я, читающий довольно быстро, осилил за 6 месяцев!

 

— А какие авторы наиболее популярны в мире?

— Их довольно много, перечислю лишь некоторых: Харуки Мураками, Марк Леви, Дэн Браун, Халед Хоссейни, Умберто Эко, Паоло Коэльо… Элиф Шафак, которая сейчас особенно читаема в Турции.

 

— Как Вам ее книга «Сорок правил любви» о суфизме?

— Понравилась, хотя c некоторыми моментами и ее версией событий я не согласен. Не зря в ее адрес звучало и звучит так много критики. Но у меня есть идея, которая появилась задолго до выхода романа Шафак — написать книгу о наших местных суфиях.

Я родом из Газахского района, бывшего в свое время бастионом суфизма. Там суфиев называли нагшибендийе (или накшбандия), есть их мечеть. В детстве я слышал много прекрасных стихов, которые нараспев читали моя бабушка и другие пожилые сельчанки и, только спустя годы понял, что их автор — Сеид Нигяри Карабахи (полное имя Мир Хамза Сеид Нигяри), или как его еще называли «Ших Эфенди», из рода имама Гусейна, потомка пророка Мухаммеда. Об этом замечательном человеке, поэте очень мало знают и говорят в Азербайджане, хотя в свое время он был широко известен. Родился в нынешнем Лачыне, а захоронен в турецкой Амасии (где о нем знают больше). В 9 лет к нему во сне приходит Любовь в лице некой девушки, называющей себя Нигяр». Позже, в 14-15 лет, он встречает свою «девушку из сна» наяву и, взяв псевдоним «Нигяри», всю жизнь посвящает ей газели. Но наряду с лирическими, пишет стихи и против царского режима, за что его высылают в Турцию. Позже он тайно вновь приезжает обратно, ища себе единомышленников. Среди приверженцев его идей в Газахском районе был и Гаджи Махмуд Эфенди, мой предок, ставший его мюридом (учеником). Интересно, что учителем самого Сеида Нигяри Карабахи и многих других суфиев, был тоже азербайджанец, Гаджи Ибрагим Ширванлы, о котором также почти ничего у нас не знают. Хотя в числе его последователей — знаменитый Шейх Шамиль, национальный герой и идеолог «мюридизма» в Дагестане, многие годы боровшийся с царизмом. Так что, это не только наша история — она связывает воедино Турцию, Дагестан, весь Северный Кавказ. Поэтому я и хочу написать на эту тему.

Varis_Elciyev (2).jpg

— Скажите, каким должно быть современное художественное произведение, чтобы заинтересовать читателя?

— В нынешнее время, в век интернета, скорости, мобильных телефонов человека трудно привязать к литературе. Поэтому и литература должна изменяться, развиваться. Сейчас редко кто читает длиннющие многотомные романы. Причем речь идет не о классике, давно занявшей свое место, а о произведениях советского реализма. Сегодня надо создавать новую литературу, как это делают названные выше авторы, соединяя классику с модерном, используя иные способы преподнесения материала читателю. Динамика, краткость — вот что характерно сегодня для мировых бестселлеров.

 

— Как Вы находите время для творчества?

— Сплю 4-5 часов в сутки, а когда пишу, мой режим вовсе рушится. Я не из тех писателей, которые заранее настраиваются на работу и пишут ежедневно — работаю в любое время, было бы вдохновение. Уже вышло 9 моих романов и еще для 21 есть идеи, законченные сюжетные линии; но я еще не определился с очередностью их написания. Мои книги выходят большими тиражами. Так, первый роман «Надежда умирает последней» переиздавался пять раз и общее число его тиражей на сегодня- порядка 24 тысяч, не говоря о пиратских копиях, наводнивших книжный рынок. Мы даже пишем на обложках книг обращение к читателям с просьбой покупать оригиналы. К сожалению, печатать книги с голограммами у нас невыгодно: надо заказать как минимум 100 тысяч экз., чтобы приорести это право.

 

— Много времени проходит с момента зарождения идеи до написания книги?

– Роман — серьезное произведение, у него должна быть проработанная до мелочей схема, сюжетная линия, и я всегда точно знаю, что будет с тем или иным персонажем, каков будет финал и т.д. Моя подготовительная работа над ним длится по 6-7 месяцев и, когда я чувствую, что все сложилось в четкую картину, начинаю писать. При этом, мне трудно остановиться. Был случай, когда я попытался писать, совмещая это с занятием на «беговой дорожке». В результате упал и вывихнул себе лодыжку (смеется). Творческая травма…

 

— А Вас не «грузит» такой образ жизни?

— Нет, меня же никто не принуждает писать, я делаю это по собственному желанию. Писательство — особая миссия. Я где-то прочел, что количество писателей, как и количество космонавтов, ограничено. В 90-годах , во время моей учебы в БГУ, народный писатель Исмаил Шыхлы, которому показали мои первые произведения, поддержал меня и дал положительную оценку. И, хотя после такой рецензии, казалось бы, путь в литературу открыт, я пошел другим путем — занялся журналистикой и издательским делом. Потому что чувствовал — время еще не пришло. Только в 2008 г. литература перетянула и я ощутил необходимость ею заняться.

 

— А Вы поддержали какого-то молодого писателя, как Вас в свое время Исмаил Шыхлы?

— Конечно, ко мне обращаются сотни людей, посылая рукописи с просьбами оценить их способности. В последнее время даже устаю от этого и некоторые обижаются, что не отреагировал, но ведь мое время не бесконечно. К тому же, я вхожу в состав приемной комиссии Союза писателей Азербайджана, в которой мы также отбираем работы молодых писателей. Я даю ребятам советы, акцентирую их внимание на нужных деталях. Но сказать, что кто-то стал для меня открытием, находкой — не могу. Возможно, все еще впереди.

 

— Вы сказали о миссии, в чем же она состоит для Вас, как писателя?

— У каждого писателя своя миссия, а главная задача литературы — быть духовной пищей для читателя, вести его к развитию, прогрессу. Любая частная история должна заставить читателей задуматься об общей проблеме. К примеру, роман «Скомканные фотографии» — о девушке, совершившей суицид. Но в общей канве романа я провел расследование природы и причин суицида в целом, привел мировые статистические данные. Ведь у этого явления есть и оборотная сторона: всего 10% суицидальных попыток заканчиваются смертью, в основном же люди становятся калеками, иногда на всю оставшуюся жизнь. Надо, чтобы они всерьез задумались над этими фактами и нашли иной выход.

Еще есть реальный факт, связанный с романом «Надежда умирает последней». История произошла в Самарканде, в Узбекистане: девочка-подросток, не выдержав издевательств отчима, решает покончить с собой. Уже стоя на чердаке с веревкой на шее, вдруг замечает номер газеты «Даракчи», с отрывком из романа. Он так ее заинтересовывает, что дочитав страницу, она… отправляется в библиотеку за началом и ждет продолжения истории в следующих номерах. Проходят недели, а вместе с ними исчезают и ее мысли о самоубийстве. Когда же роман подходит к концу, она идет к редактору газеты, Рустаму Игболу и, рассказывая свою историю, выражает намерение жить дальше. Редакция же выпускает послесловие к роману, заканчивая его словами «Мы спасли одного человека»… Это всего лишь один эпизод, а сколько их на самом деле? Думаю, тысячи.

Кроме того, слишком просто — будучи азербайджанцем писать только для своих. Надо писать так, чтобы тебя читали везде. Но и этого мало: во всех моих книгах обязательно есть информация о нашей главной проблеме и боли – карабахской войне. Даже российский сайт proza.ru печатает отрывки из моих произведений, содержащие факты о Карабахе, из-за чего на меня часты нападки в прессе. Но я азербайджанский писатель и раз уж меня читают в мире – пусть знают правду!

Вот это и есть сила художественного слова и миссия писателя.

Varis_Elciyev.jpg

— Бывают негативные отзывы на Ваши произведения?

— Я уважаю профессиональную критику. Например, благодарен нашему критику Вагифу Юсифли за то, что узнаю что-то новое из его статей. Что же касается читательской критики… Недавно один из них написал: «Да отсохнет твоя рука! Почему в финале ты убил ту девушку?» (смеется)

 

— Каковы на Ваш взгляд проблемы нашего общества?

— По-моему, одна из серьезных проблем в том, что мы, подвергаясь влиянию Запада, отдаляемся от наших национально-духовных ценностей, особенно молодое поколение. Ведь новое — это не всегда лучшее. Мы не должны быть похожи на хамелеона, который, приспосабливаясь к окружающей среде, постоянно меняет свой цвет. Обратите внимание на то, как иностранцы восхищаются нашей музыкой, традициями, кухней. А мы сами собой недовольны, не ценим того, что имеем. Наравне с любовью к родной земле, надо любить свой язык, чтить свои традиции и религию. Это очень важно для сохранения нашей самобытности.

 

— Часто ли Вы смотрите передачи на AzTV?

— Я смотрю AzTV постоянно. Были времена, когда слово «AzTV» произносилось с иронией и свидетельствовало о чем-то застойном. В начале 2007 г. рейтинг AzTV был всего лишь 21%, сейчас — 74%. И это вполне заслуженная оценка, ведь канал находится в постоянном развитии; здесь можно найти любые передачи: интеллектуальные, спортивные, культурно-просветительские, музыкальные, военно-патриотические; на высоком уровне проводится многоголосный дубляж фильмов с участием профессиональных актеров. То есть, ныне AzTV действительно может угодить вкусу и предпочтениям телезрителя, ищущего информации и духовной пищи.

 

— Вы максималист по характеру?

— Да — все или ничего. Когда я пришел после окончания БГУ в журналистику, моей первой задачей было вывести нашу газету на передовые позиции в стране. И «168 саат» в 1997-1998 гг. стала газетой номер один, единственной, реализация которой достигала 99,9% при тираже 40 тысяч! Ни одного возврата, за исключением случайно порванных экземпляров! Также, она стала известна за пределами страны; получила международные медиа-премии.

Это касается и моих увлечений, в т.ч. футбола. Я не только ярый болельщик, но и активный игрок-любитель. В детстве моим фаворитом была команда «Нефтчи». Что касается последних прошедших игр, думаю, не ошибусь, если скажу, что весь Азербайджан дружно болел за команду «Карабах» во главе с Гурбаном Гурбановым. А мой максимализм в игре проявляется в желании забить все голы самому. Я всегда в позиции центрального нападающего, под №7, пропускаю мимо ушей все призывы полузащитников и нападаюших «Пасуй мне!» и «джигалю»(смеется).

У AzTV раньше была любительская команда «Фортуна», а я играю в своей прежней команде газеты «168 саат». Но «Фортуна» всегда считалась очень сильной командой, выигрывала все турниры, в том числе и зарубежные. Однажды Назим Сулейманов, наш профессиональный футболист, одна из легенд азербайджанского футбола, отвечая на вопрос, заданный ему после блестящей победы «Фортуны» на чемпионате среди стран СНГ, «Скажите честно, они и в самом деле журналисты или все же футболисты?» ответил: «Они действительно журналисты, но пишут не руками, а ногами!» —

 

— Участвуете в благотворительных акциях?

— Я бы не назвал это благотворительностью; просто часто посещаю школу-интернат недалеко от нашего дома. Однажды была проведена акция по передаче денег от продажи моих книг в поддержку детей с заболеванием крови. Я участвую в конкретных акциях, оказываю адресную помощь. Еще, ко мне, как к писателю, часто обращаются люди со своими проблемами и, по мере возможностей, я стараюсь им помочь. У меня есть идея создать в дальнейшем благотворительный фонд и большое желание написать книгу о нашем известном меценате — Гаджи Зейналабдине Тагиеве.

 

— Какие качества характера Вам нравятся и не нравятся в людях?

— Мне кажется, что человек должен быть постоянен в дружбе. Я, к примеру, на протяжении многих лет дружу с двумя людьми — Фаиком Гусиевым и Адалятом Шукюровым. Человек может раскрыть свое сердце лишь самому близкому другу. Еще ценю чувство гордости в людях. В каждой ситуации надо стараться сберечь чувство собственного достоинства, свою цельность, свое «я». Ведь совершая подлые поступки, мы предаем прежде всего самих себя. А более всего не люблю ложь и считаю ее самым плохим качеством.

 

— Любите путешествовать?

— Очень! У нас был практически везде. Недавно ездил в Шамкир по приглашению интеллектуального центра «Зия», организовавшего мою встречу с местной молодежью и был просто ошеломлен этим ухоженным, чистейшим, зеленым городом. Мне сказали, что когда-то он был населен немцами и с тех пор жители стараются сохранить чистоту и аккуратность… Очень понравилась Гянджа с ее древними памятниками. Кроме того, когда ездил в не менее любимый Шеки, удивился количеству иностранцев и понял, как велик туристический потенциал нашей страны. Было приятно, что шекинцы, сохранив свой древний город, теперь пожинают плоды этой бережливости, ведь Шеки — один из первых в туристическом паспорте страны.

Из городов зарубежья самые любимые — Стамбул, который считаю второй родиной; Кисловодск, куда мы ездили всей семьей; Одесса, со знаменитой Дерибасовской, оригинальным чувством юмора горожан и Прага, гуляя по которой словно бы окунаешься в прошлые века. В планах посетить еще один город мира — Рим и государство в государстве — Ватикан.

 

— Вы совершали безрассудные поступки или привыкли сдерживать эмоции?

— Таких поступков было довольно много, расскажу об одном. Как-то мы, две семьи, совершали круиз на теплоходе. Вокруг — одни иностранцы. Так вышло, что я повздорил с двоюродным братом и, разозлившись, залез на мачту, чтобы прыгнуть в море. Тут вижу, что иностранцы, вооружившись камерами и издавая ободряющие возгласы, снимают меня, думая, что я пловец – профессионал и сейчас продемонстрирую им чудесный прыжок в воду. А внизу сходят с ума мои родственники, семья. И хотя я не собирался прыгать, но делать нечего, пришлось держать марку… Если бы мне сейчас предложили большие деньги, ни за что бы не рискнул! А тогда еще думал, как лучше прыгнуть, чтобы не разбиться о волну; ведь в воду надо входить не плашмя. а вертикально, иначе можно покалечиться, даже погибнуть. Прыгнул ногами вниз, но при вхождении в воду чуть растопырил пальцы и поплатился за это — она, словно нож, рассекла мизинец. Вот вам и «контроль»! (смеется)

 

— Кстати, Вы редко говорите о своей семье…

— Супруга — преподает историю в сумгаитском медицинском колледже. У нас трое детей: старший сын -первокурсник БГУ, факультета межнациональных отношений, средний учится в 6 классе и 4-х летняя малышка-дочь.

 

— Расскажите о своих творческих планах.

— Пишу новый роман «Амин» о четырех друзьях, в котором хочу показать, что всегда можно найти точки соприкосновения между различными людьми и понять друг друга. В романе есть эпизоды, связанные с альпинизмом, в связи с чем мне придется самому совершить восхождение на какую-нибудь вершину вместе с профессионалами, чтобы понять и прочувствовать все ньюансы этой профессии. Я люблю во всем достоверность и, если не испытаю это чувство, не смогу написать так, чтобы мне поверили. Так что, скоро пополню картотеку своих «безрассудных» поступков (смеется).

 

— Ваши пожелания читателям?

— По-моему, самое лучшее и правильное пожелание человеку — чтобы сбылось то, о чем он сам мечтает, ведь никто не угадает мечты другого. Естественно, каждый азербайджанец желает услышать марш Карабахской победы. Еще хочется, чтобы наш Баку был всегда и, хотя мы уже многое безвозвратно потеряли, надо сберечь то, что еще осталось, все памятники старины. И в то же время, развивать город, обогащая его новыми архитектурными шедеврами, синтезировать прошлое с настоящим.

А читателям хотел бы сказать, что самый лучший мой роман еще не написан, он ждет вас впереди!

 

Фото : Шаин Гусейнов

Добавить комментарий