БАКИНСКИЙ JAZZ

Джаз и Баку… Этот род профессионального музыкального искусства и столица нашей республики каким-то невероятным образом соединились, сплелись воедино и создали неповторимую ауру единения бакинцев, вызвали (и вызывают!) непрерывное стремление постигать вершины музыки. Поразительно: как мог джаз – синтез европейской и африканской музыкальной культуры, сложившейся на рубеже XIX и XX веков, утвердившийся в среде афроамериканцев в США, просочиться в Баку, завоевать умы и сердца столь далеких от этой страны людей!

Однако же были услышаны (а, может, пойманы в космическом эфире?) основные черты джаза – основополагающая роль ритма, мелодические акценты, создающие ощущение волнообразного движения, импровизированное начало. Был услышан и регтайм, предшественник джаза – форма городской танцевально-бытовой музыки афроамериканцев конца XIX века, чья основа – биение двух несовпадающих ритмических линий, эта остро синкопированная мелодия и четкий аккомпанемент – была усвоен бакинским джазом, стала его составной частью…

В этих небольших заметках с самого начала придется, видимо, сделать две существенные оговорки. Первое: пусть не в обиду остальным прекрасным городам Азербайджана сказано – джаз все-таки понятие чисто бакинское по многим причинам. Основные: зарождался, становился, развивался он сугубо в Баку, и больше всего его знатоков, профессионалов, любителей были и есть бакинцы. Более того, Баку был центром джазового искусства СССР, что хорошо понимали московские, ленинградские, одесские руководители джазовых коллективов (это касается и симфоджаза), приглашавшие наших музыкантов на работу в оркестры Советского Союза. Второе: к сожалению, рамки данной статьи (заметки, раздумий) не позволяют упоминать всех знаменитых джазменов Баку – что в прошлом, что в настоящем, а потому сказать об одном и не отметить другого – грех вселенский. Сам джаз этого не позволит – при всей своей импровизированности, музыка объединяет в одно целое весь состав джаз-бэнда, так что звенья не могут выпасть из сверкающей звездными именами цепочки. Только три имени тех, без кого бакинский джаз немыслим, необходимо назвать: великий азербайджанский композитор Тофик Кулиев, столь рано ушедшие из жизни пианист, композитор Рафик Бабаев, пианист и импровизатор Вагиф Мустафазаде.

f7-min

…Как только на улицах Баку появляются анонсы о том или ином концерте джазменов, что столичных, что гастролирующих, город как будто преображается. Это видно уже по тем, кто стоит у афиш – эти люди внимательно вчитываются в имена, у них лица одухотворенные, они выхватывают мобильники, звонят одному, другому, многим друзьям и начало разговора одинаковое – «представляешь, скоро концерт!..» Вы когда-нибудь были на концерте джазовой музыки? Идите и посмотрите на слушателей – это осунувшиеся от лихорадочного ожидания действа лица с горящими газами, это люди, которых приводят в неописуемый восторг первые же те ритмы, доводят до экстаза импровизации. Создается впечатление, что музыку написал каждый из них, импровизирует на сцене именно он. Только настоятельная просьба – не путайте этих слушателей со зрителями (именно зрителями) поп-музыки, когда зал вопит голосами джунглей при первых же аккордах «фанеры»! Это не восторг, это их атавистический, идущий от предков-дикарей выплеск примитивной энергии, выражаемой в волапюке (набор непонятных слов, пустых отрывков речи). Джазовый слушатель-бакинец внешне спокоен, сдержан, эмоции держит в себе, он их бережно копит, он уважает музыканта, а джазмен прекрасно понимает его. Музыканты других направлений часто признаются, что для их успешного выступления большую роль играет реакция зала. В джазе поразительно и то, что его участники очень часто играют ради слушателей, у них получается своеобразная импровизация в последующей от флюидов зала, импровизации. Недаром о бакинских джазовых фестивалях, конкурсах известные музыканты вот уже на протяжении десятилетий говорят: «одно участие в них – выход на иные высокие рубежи, своя отметина для дальнейших выступлений». У джаза есть своя философия, своя философия есть и у бакинского слушателя, не это ли играет роль в столь высокой оценке наших музыкантов, не эта ли его самоотдача вдохновляет тех, кто царствует на сцене! К месту ли будет припомнить конкурс Евровидения, когда от музыки отвлекают антураж (вплоть до коньков!) сцены, прыг-скок исполнителей, когда призера определяют звонки слушателей.

И здесь вновь надо вернуться к истокам. Песенки всякие наши прадеды слушали и по настенному, моноканальному радио, а как же мы приобщались к джазу? «Голос Америки», пластинки, за одно владение которыми грозил серьезный срок, это известные источники. Сейчас часто пишут о том, что джаз, как и авангардная живопись, были запрещены чуть ли не сразу после революции. Фильм «В джазе только девушки» проник в советские кинотеатры, наверное, с разрешения высокопоставленного лица, потому что ему, как и Кеннеди, нравилась великая Мэрилин Монро, «Веселые ребята» тоже сказали свое. Это – внешние проявления, а между тем джаз в СССР существовал уже в тридцатые годы – был Всесоюзный джаз-оркестр А.Цфасмана, в котором начинал свою деятельность Тофик Кулиев, и попал туда не случайно – посланный в Москву для продолжения учебы великим Узеиром Гаджибековым, он был оценен и руководителем советского джаза. В Баку Т.Кулиев создает первый Бакинский джазовый оркестр. У Тофика Кулиева заслуги в музыкальном Азербайджане безмерны, и одна из них основана на особой любви к джазовой музыке. Именно он увидел и оценил талант Рафика Бабаева, Вагифа Мустафазаде, он поддерживал их в организационных мероприятиях, а главное – в продвижении их, как новаторов, авангардистов джазовой музыки. На протяжении десятилетий в Баку проходили фестивали джазовой музыки, и председателем его оргкомитета был Тофик Кулиев. Когда они начинались в Зеленом театре, то афиши их становились предвестниками весны, во Дворце Гейдара Алиева – началом чудесных праздников. Эти фестивали творили чудеса – со слушателями, исполнителями, со всем городом, часть которого, не приобщенная к джазу, недоумевала от непонятного им ажиотажа, другая – ликовала.

Джаз шестидесятых – особая строка в истории Баку. Музыка как будто прорвала все шлюзы плотины и вырвалась на просторы города, а бакинцы пили благодатную влагу, будто жаждали ее долгие годы. Джазовая музыка была слышна везде, всюду, ее любила молодежь (сейчас эти джентльмены и леди, конечно, уже в летах, но все так же боготворят и хорошо знают джаз). В ресторанах «Дружба», в старом «Интуристе» (их сейчас нет) играли настоящие джазмены, сюда приходили красивые, элегантные люди. Их первый вопрос метрдотелю, такому, как и они, поклоннику джаза, был не «что у вас вкусненького», а «кто сегодня на саксе, пиано, ударных?» В кинотеатрах «Низами», «Азербайджан», «Вэтэн» перед сеансами играли эстрадно-джазовые оркестры, среди них был и оркестр Рафика Бабаева. Надо ли говорить о том, что после такого неожиданного знакомства число любителей джаза росло? Клубы, рестораны с исполнением джазовой музыки есть в Баку и сейчас, как есть и сегодня те, кто ждет очередного джазового фестиваля, гастрольного концерта с нетерпением сердца и ума.

Дюк Эллингтон сказал: «Для джазового музыканта очень важно помнить об ушедшем. Помнить, например, о том, как когда-то теплыми лунными ночами звучали старые народные песни, или о том, что сказано много лет назад». Бакинские джазовые музыканты помнят о сказанном всегда. Истина и в том, что ни один из них не забывает того, кто укрепил в джазе мугам. Мугамные импровизации в эстрадной, симфонической музыке в Азербайджане были давно, но Вагиф Мустафазаде создал чарующий синтез джаза и мугама, более того – джазовую группу «Мугам», которая приобщала слушателей СССР к такому неординарному восприятию азербайджанской музыки. «Вагиф Мустафазаде – пианист экстра-класса, которому трудно найти равных в мировом джазе», – писал американский критик У.Канновер. Еще до В.Мустафазаде к мугаму обращался Рафик Бабаев – достаточно вспомнить какого взрыва успеха он добился на международном фестивале в Таллинне по исполнении композиции «Баяты-Кюрд». Рафик Бабаев вошел в историю джаза Азербайджана не только как пианист и композитор, он создал за свою недолгую жизнь джазовый ансамбль солистов, фольклорно-джазовый коллектив «Джанги», студию звукозаписи, вывел на эстраду талантливых молодых музыкантов, которые и сегодня составляют цвет бакинской джазовой музыки. В чем-то память людей коротка, но не в джазовой музыке. Сегодня многие, если не сказать все, помнят трех знаменитых музыкантов, своих учителей и предшественников, и почти в каждом концерте бакинских джазменов звучит предисловие к исполнению – посвящается памяти Тофика Кулиева, Рафика Бабаева, Вагифа Мустафазаде.

f8-min

Трудно делать сравнение джаза наших дней с прошедшими десятилетиями. В Азербайджане музыка – симфоническая, эстрадная, джазовая, народная – развивалась полетами. Создавались плеяды великих композиторов, исполнителей, они созидали, воспитывали, будили дремлющие умы, продвигали таланты. Звезды не гаснут, но и сияние их не холодное – оно падает на благодатную почву таланта. И сегодня, как и в шестидесятые, восьмидесятые годы, джаз любим бакинцами, и сегодня есть композиторы и исполнители, чьих концертов, клубных выступлений ждут с таким же нетерпением, как тогда. С небольшой оговоркой: если раньше не было иных способов приобщиться оценить игру зарубежных исполнителей, кроме, как гастролей в Баку, то сегодня все имена открыты, каждый любитель джаза может приобрести диски, прослушать музыку на TV (канал «Меццо» транслирует и джазовые фестивали, концерты). И на выступления бакинских джазменов бакинец приходит с довольно тяжелым багажом знаний, а уходит счастливо недоумевающий – от новых открытий, новых отголосков от услышанного.

И вновь бакинец попадает в джазовую обстановку, и вновь слышит новую философию импровизации, которую преподносит ему исполнитель. А импровизация основана на музыкальной мысли, на знании музыки, ее истоков и течений. Джазмен – служитель музыки, знаток ее истории, он ведет своих слушателей по собственным дорогам так, что конечный путь, последняя нота становится понятной, любимой, незабываемой. Бакинский джазмен знает свой музыкальный инструмент, виртуозно им владеет. И сегодня он, как во все времена, становится понятен своим товарищам по оркестру, и в очередной раз рождается прекрасная джазовая музыка. Когда столь необходимая в джазе напористость слагается из интуиции всех, музыкальная мысль создает единение. При ярком исполнении каждого. Джаз в импровизации есть игра на публику, некая соревновательность, и здесь главное – мощь исполнительства. А ее бакинский любитель джазовой музыки хорошо понимает, улавливает сердцем, уже зараженным любовью к джазу. И сегодня их много у нас – у джаза есть своя аудитория, и, что отрадно, залы клубов, фестивальных концертов все больше заполняет бакинская молодежь.
Одно только может несколько беспокоить бакинских любителей джаза, а еще больше музыкантов – как сохранить бесценную сокровищницу с жемчужинами гениальных джазменов? Выйдет ли на передний край тот или те, кто возьмет на себя спасение и сохранение записей – что из прошлого, что из настоящего? Дело, безусловно, трудное – на смену пластинкам, бобинам, кассетам пришли, например, диски. Чистка записей, их переписка, подбор материалов и тому подобное (справедливости ради: джазмены уже проделали определенную работу) – все это ждет своих продюсеров. Драгоценные, но ставшие уже древними по отношению к цифровым технологиям, записи необходимо восстановить и донести до сегодняшнего любителя джаза, для тех, кто только начинает свою музыкальную карьеру…

One comment

  1. Одно только может несколько беспокоить бакинских любителей джаза, а еще больше музыкантов – как сохранить бесценную сокровищницу с жемчужинами гениальных джазменов?

Добавить комментарий