ИСКУССТВО УПРАВЛЕНИЯ

Кибернетика дала человеку сильнейшее оружие, с помощью которого можно управлять практически всеми сферами нашей жизни — политикой, экономикой, обществом, наукой, производством, медициной, сельским хозяйством, образованием, а при помощи компьютеров человечество создало информационную картину мира и получило мощный инструмент усиления своих интеллектуальных способностей.

О том, как это происходит в реальной жизни, расскажет выдающийся азербайджанский ученый, профессор, действительный член НАНА, директор Института Систем Управления Тельман Алиев.

 

— Почему сегодня мы редко слышим слово «кибернетика»!?

— Потому что в наше время для обозначения этой области науки прочно закрепилось слово «информатика». Все материальные проявления кибернетики — всевозможные гаджеты, мобильные телефоны, компьютеры и так далее, которые значительно облегчают нашу жизнь, появились благодаря содружеству кибернетики и физики! Но для того, чтобы понять то, что происходит в кибернетике сегодня, необходимо вспомнить с чего все начиналось…

Термин «кибернетика» впервые появился в 1948 году в книге американского математика Норберта Винера «Кибернетика, или управление и связь в животном и машине». Особое место в истории развития кибернетики занимают цифровые вычислительные машины, и так получилось, что первые настоящие вычислительные машины появились почти одновременно с винеровской кибернетикой! В 1946 году в Пенсильванском университете состоялась публичная демонстрация электронной цифровой вычислительной машины ENIAC, а в 1949 в Кембридже вступила в строй машина EDSAC. Практически в это же время, несмотря на сопротивление партийного руководства, вычислительные машины появились в СССР. Первая МЭСМ (малая электронная счетная машина) была создана в Киеве советским ученым Лебедевым.

 

— Советские ученые создали ее независимо от американцев?

— Абсолютно независимо! Вообще идеи создания вычислительных машин были давно известны, так же как и идеи и научные труды английского математика и изобретателя первой аналитической вычислительной машины Чарльза Бэббиджа. Он намного опередили свое время, и только благодаря научным и технологическим достижениям ХХ века и необходимости решать сложные научно-технические задачи, его работы вновь заинтересовали ученых. Не надо забывать и о том, что даже научное общество середины прошлого века еще не было готово воспринимать чересчур смелые идеи, поэтому, когда появились первые электронные машины, которые могли делать то, что недоступно для человека, это стало настоящей революцией!

Первые вычислительные машины, которые считались техническим средством кибернетики, работали на электронных лампах — исходные данные вводились при помощи перфокарт, а сами носители были на магнитных барабанах и ферритных элементах. В СССР самой быстродействующей считалась машина, которая выполняла 10 000 операций в секунду. Причем, в первое время кибернетика СССР и США развивались практически одинаково, но вскоре американцы вырвались вперед, и советская наука так и не смогла преодолеть этот разрыв.

В Азербайджане первая вычислительная машина «Урал-1» появилась в 1959 году, а в 1960-ом мы получили БЭСМ-2 (быстродействующая электронная счетная машина).

В принципе, электронная машина может выполнять задачи любой сложности, все зависит от ее программного обеспечения. На заре возникновения кибернетики основной частью науки была сама машина, но по мере развития возникали новые задачи, и постепенно программирование стало важнее, чем машина, тем более что с каждым годом программы усложнялись, появились различные языки программирования. Именно на этой основе родилась новая самостоятельная наука – информатика.

_MG_1055-min.jpg

— Что же способствовало столь быстрому развитию кибернетики?

— Открытие новых элементов, сделанные в области физики, позволили значительно уменьшить размеры вычислительной машины. То, что сегодня мы называем мобильным телефоном — это и есть самая настоящая вычислительная машина, ведь получение информации, ее распределение, преобразование и хранение и есть кибернетика! Только на основе взаимодействия физики и кибернетики появилась возможность создавать новые технологии, разрабатывать новые вычислительные машины, которые обеспечивали бы развитие информационных систем.

 

— Является ли создание искусственного интеллекта главной целью современной кибернетики?

— Это не главное направление кибернетики, а всего лишь одно из направлений. Для Азербайджана, например, на данном этапе гораздо важнее создание современных систем управления. Президент НАНА, академик Акиф Ализаде, человек, обладающий талантом научного предвидения, сказал, что для республики необходимо создавать и внедрять реальные системы управления для различных сфер — нефтяная промышленность, энергетика, строительство, сельское хозяйство, медицина, образование, экономика и так далее, и сегодня это является главной задачей нашего института. Кстати, переименование Института Кибернетики в Институт Систем Управления – это предложение академика Акифа Ализаде. В 2014-ом году по решению Кабинета Министров название Института Кибернетики было изменено на Институт Систем Управления, и с тех пор мы постепенно, не ущемляя интересы других дисциплин, двигаемся в этом направлении.

 

— Что конкретно вам удалось сделать?

— За последнее время мы создали новые системы, которые внедрили на на 35 объектах старого нефтяного месторождения Биби-Эйбат, при помощи которых осуществляется управление нефтедобычи. Благодаря нашим разработкам минимизируются потребление электроэнергии и износ оборудования, в результате рентабельность значительно повышается.

Принцип внедрения систем управления можно применять абсолютно во всех сферах деятельности человека. Это и есть одна из функций кибернетики – разработка и создание теоретической основы для реальных систем управления. Много лет тому назад наш общенациональный лидер, гениальный государственный деятель Гейдар Алиевич Алиев, говорил, что азербайджанским ученым необходимо заниматься наукоемкими проблемами, которые в первую очередь имеют большое значение для эффективности экономики нашей страны. И сегодня наш институт, применяя и воплощая в жизнь его идею, создает системы управления для реальных сфер производства. Мы планируем внедрить наши системы еще на 20 объектах нефтедобычи. Также мы создаем системы и для других отраслей, например, для сельского хозяйства — параметры сева и уборки, какие и когда применять удобрения, регулирование системы полива и так далее. У нас налажены прекрасные связи с белорусским министерством сельского хозяйства, которое благодаря внедрению системы управления смогло добиться хороших результатов и значительно повысить урожайность. Это очень важный фактор для фермеров, ведь наши рекомендации на основе системы управления могут помочь им определиться с тем, какую именно сельскохозяйственную культуру необходимо выращивать, чтобы не получалось так, что все фермеры одновременно засеивают арбузы, например, а потом у них возникают трудности с реализацией урожая. Несмотря на то, что сельское хозяйство наиболее зависящая от природы отрасль, применение правильной системы управления помогает добиваться прекрасных результатов.

 

— Если многие проблемы можно решить при помощи систем управления, зачем же наука так долго и настойчиво работает над искусственным интеллектом?

— С точки зрения кибернетики вполне возможно создать такого робота, который будет обладать качествами, в том числе творческим началом и эмоциями, которые традиционно считаются прерогативой человека.

_mg_1045-min

— Неужели эмоции тоже можно просчитать!?

— Конечно! Не все, конечно же, но на определенные группы эмоций робот вполне сможет реагировать, например, на глупость или оскорбительные слова.

 

— Но иногда можно оскорбить не словами, а интонацией и даже взглядом!

— Дело в том, что искусственный интеллект сможет считывать ваши мысли, так что то, как вы будете его оскорблять – интонацией или грубым словом, уже неважно. Кстати, у человека не так уж и много базовых эмоций, и они вполне поддаются систематизации.

 

— Для чего же нужны такие роботы?

— Чтобы заменить человека на вредных и опасных производствах, работах в неблагоприятных природных условиях, а также подземных, горных или подводных объектах. И когда ученым удастся создать такого робота и довести его функции до состояния стопроцентной безопасности для человека, это будет революционный прорыв в истории человечества. И это вполне реально, ведь уже есть такой высокотехнологичный робот, как «da Vinci», с помощью которого проводят сложнейшие хирургические операции.

 

 

— Расскажите о книге «Системы анализа сейсмоакустического шума из глубинных пластов земли, мониторинг изменения сейсмостойкости», которая была создана под вашим руководством. Какую пользу она может принести для прогнозирования землетрясений?

— Мы не сейсмологи и не занимаемся прогнозами, мы создаем инструментарий для сейсмологов. Есть три вида прогнозирования – долгосрочное, среднесрочное и краткосрочное. Для долгосрочного прогноза сейсмологи изучают сейсмическую активность определенной зоны, и на основе исследования и наблюдений прогнозируют сейсмическую активность на ближайшие 5-10 лет. Если в данной зоне происходят изменения или ускорения определенных сейсмических процессов, то сейсмологи дают среднесрочный прогноз. Краткосрочный же прогноз можно дать за несколько часов и даже минут до землетрясения. Именно краткосрочный прогноз может позволить эвакуировать людей из зданий, отключить коммуникации и остановить потенциально опасные производства. Сегодня сейсмологи дают вполне правильные и адекватные долгосрочные и среднесрочные прогнозы, но краткосрочные прогнозы они еще не научились давать, то есть, сейсмологи могут спрогнозировать землетрясение, но не могут назвать точное время и координаты.

Главная заслуга наших исследований, которые были отражены в книге, заключается в следующем. Существует два вида волн, которые появляются на стадии подготовки к землетрясению. Сейсмические или инфра-низкочастотные волны возникают в глубинных пластах и обладают разрушительной силой. Но есть еще и акустические волны, которые не доходят до поверхности земли, так как они распространяются продольно.

Мы разработали и предложили технологию, которая позволяет получать сейсмоакустическую информации из глубинных пластов земли при помощи акустических датчиков, установленных на выходах законсервированных нефтяных скважин. В 2010 году мы установили первую станцию в Гум Адасы на глубине 3 500 метров, и стали регистрировать все землетрясения, которые происходят в нашем регионе. Оказалось, что акустические волны можно зафиксировать за 15-20 суток до землетрясения. Получив такой замечательный результат, мы вдохновились и установили вторую станцию в Ширване на глубине 4 900 метров, а потом открыли еще три станции — в Нефтечале, Нафталане и Сиазани. После обработки и анализа полученных данных, мы созвали зарубежных сейсмологов на международную конференцию и представили свои результаты. Ученые были в восторге от нашего открытия, но это, все-таки, еще не прогноз, потому что для прогноза нужны точные координаты. Поэтому мы решили построить станции, но фиксировать акустические волны на небольшой глубине от 300 до 1 800 метров, и выяснилось, что этот метод позволяет определить расположение очага ожидаемого землетрясения. Таким образом, с помощью разработанного нами инструментария сейсмологи, возможно, смогут его использовать для краткосрочных прогнозов.

 

— Что будет происходить в кибернетике в ближайшем будущем? О чем мы, обычные люди, еще даже не мечтаем, а ученые уже двигаются в этом направлении?

— Современные вычислительные машины работают на пределе своих возможностей, поэтому я думаю, что дальнейшее развитие кибернетики и информатики за биологическими машинами, в которых, скорее всего, будет задействован мозг, возможности которого считаются безграничными.

 

— И последний вопрос – вы любите смотреть фантастические фильмы, в которых главными героями являются всевозможные роботы и киборги?

— Нет… Заниматься наукой и создавать будущее гораздо интереснее, чем смотреть кино…

 

 

Фото : Шаин Гусейнов

 

Добавить комментарий