СОЛДАТ ПРЕЗИДЕНТА

В умах определенной части общества правильным и хорошим  считается только тот художник, который выступает  против системы.  На самом   деле, это  полный бред!  Потому что хороший художник действительно бунтарь, но желание бунтовать проявляется у него не в словах и оскорбительных политических высказываниях, а в поисках новых способов выражений в искусстве и расширении собственных творческих возможностей.  Таков, на мой взгляд,  мой сегодняшний гость – выдающийся тюркский  театральный  режиссер Джахангир Новрузов.

 

— Вполне логично, что наше интервью я начну с вопроса о вашем дедушке, Джахангире Мешади Рза оглу Зейналове, который стал не только основоположником  национального професионального театра, реалистического стиля актерской игры но и основоположником театральной  династии!

—  Несмотря на то, что дедушка родился в очень патриархальной семье, с ранних лет он  интересовался искусством. Дедушка получил блестящее образование, в совершенстве владел арабским, персидским, турецким, русским и французским языками, и был невероятно разносторонней личностью. Его отец, один из богатейших людей Азербайджана,   не приветствовал эти увлечения сына, но дедушка наперекор его воле, все же продолжил свою деятельность в этом направлении.  В  конце XIX века он  уже играл и ставил спектакли, а в самом начале  ХХ века  стал активным участником создания Корпорации мусульманских драматических актеров и одновременно преподавал в школе «Сефа», считавшейся одним из передовых очагов азербайджанской науки. А когда национальная   труппа столкнулась с проблемой помещения, дедушка  принял   судьбоносное решение – в своем огромном  роскошном особняке, который находился на месте нынешней шахматной школы, он превратил самую большую гостевую комнату  в театральный зал! Причем, это был не домашний, а самый настоящий театр – со сценой и залом на 300 зрителей!   Именно в этом театре играли и ставили свои спектакли такие выдающиеся азербайджанские режиссеры и актеры, как Гаджиага Аббасов, Мирзаага Алиев, Мухаммед бек Эфенди, Гусейн Араблинский, Мирмахмуд Казымовский,  Солтанмеджид Ганизаде, Габиб бек Махмудбеков, Бадал бек Бадалбейли. Он  и посвятил  театру всю свою жизнь и состояние!

 

—  Учитывая такую уникальную творческую атмосферу, ваша мама, дочь Джахангир муаллима и всеми любимая Насиба ханым Зейналова,  просто не могла не стать частью этого удивительного  мира…

— К сожалению, дедушка трагически умер, когда мама была совсем еще маленькой девочкой. С приходом советской власти на ее долю выпало много испытаний… Единственная дочь богатейшего человека, в семилетнем возрасте вместе со своей мамой она была изгнана из собственного дома. У них отняли  абсолютно все! Но больше всего я жалею о  двух вещах – о дедушкином театральном архиве, который был сожжен родственниками чтобы семья не подвергалвсь репрессиям, и об уникальной библиотеке, конфискованной новой властью и растворившейся во времени и пространстве… Мама мне рассказывала, как  она тайком пробиралась в дедушкин кабинет, брала оттуда книгу, и, плотно завернувшись в одеяло, читала ночами напролет, несмотря на запреты бабушки. Это были не просто книги, каких было много в домах азербайджанской интеллигенции. Это были уникальные издания, напечатанные фосфорными буквами, поэтому их можно было читать в полной темноте! Ее очень впечатляли многочисленные фотографии, на которых были изображены всевозможные стихийные бедствия, и мама на  всю жизнь сохранила воспоминания об этих ночных чтениях…

Вообще, азербайджанская интеллигенция начала ХХ века  была невероятно мыслящей, просветленной и, говоря современным языком, продвинутой.  Она  и сейчас  такая,  если  дать ей волю  и возможность!  Я читаю множество современных авторов, и вижу, насколько  глубоки их мысли и идеи. К сожалению,  люди, заправляющие  финансами, мыслят гораздо мельче, а  если быть точнее,  они боятся мыслить! Их жизнь проходит под  девизом   «Сиди тише воды, ниже травы и все будет нормально». Один из них мне как-то сказал: «Ну, зачем ты постоянно высовываешься?»  «Но я же не зайчик,  — ответил я,  —  на меня не охотятся».  Я  сам  охотник, ведь я Лев по гороскопу!  Те, кто боятся,  всегда  мешают, но я уверен, что скоро все изменится.  Я это почувствовал  в очень сильной  по смыслам и энергетике речи  Президента Ильхама Алиева на форуме  азербайджанской  диаспоры.  Но, кроме слов, я,  как режиссер, увидел и понял то, что называют «языком тела». Я часто цитирую своим студентам замечательные слова  Султан Мурада Мехмета:  «Слова даны нам для того, чтобы сохранять и прятать свои мысли». Поэтому если в разговоре можно спрятать свои мысли  за словами, то язык тела, органика человека никогда не врет.    Просто надо быть внимательными, и ты увидишь все что он не досказал.  Когда я наблюдаю за выступлениями  великих  политиков,  я всегда  стораюсь считывать язык их тела, ведь система Станиславского, правда, в немного измененном виде,  преподается даже  в высших школах разведки!

 

—  Это же  очень сильное оружие воздействия!

— Безусловно…  Есть потрясающая книга  Петра Ершова  — «Режиссура как практическая психология»,  но не все режиссеры изучают такую литературу. Недавно я смотрел спектакль одного очень  талантливого режиссера. Материал он понял, но то, что было выраженно и выстроено на сцене, рождало пессимистические мысли. А ведь нынешние режиссеры, помимо основ и принципов профессии, не все знают, что существуют еще такие формулировки как задача, сверхзадача и сверх-сверхзадача спектакля.

_MG_2493.jpg

— И что же это такое?

— Это тема настолько сложна, что заслуживает отдельного разговора, и в не рамках интервью. Хотите выяснить уровень режиссера, задайте ему вопрос,  знает ли он об этих формулировках?

 

— Сейчас  время простых решений,  и  не требует  сверх-сверхзадач! 

— Возможно и такое, но я, все же, предпочитаю серьезный подход к профессии… Потому что если мы не будем ставить и решать свои задачи и сверхзадачи, то будем выпллнять чужие задачи в контексте чужих сверх-сверхзадач. В университете Адана, где я преподают уже 20 лет, я предложил открыть исследовательский центр «Общественность и театр».  Сейчас настало время, когда необходимо исследовать и анализировать абсолютно все,  в том числе и зрительский спрос, то есть чем живет и что хочет  видеть народ, каким он себе представляет  героев или  врагов. В руках опытного режиссера это прекрасный материл, потому что в каждом народе обязательно существует веками сложившиеся стереотипы врага, например, и если режиссер  предложит врага в другом образе,  зритель его  не распознает и будет  совершенно по-другому относиться к тому,  что происходит на сцене. Но кроме умения работать со стереотипами, хороший режиссер пойдет еще дальше и попытается  выявить, в чем же заключается главная цель  врага и  как его распознать, если он в обличии нестандартного врага?

 

— Но для этого же надо быть профессионалом высочайшего уровня!

— Да, но я думаю, хватит уже непрофессионализма… Режиссеру  мало знать профессию,  ему  вообще необходимо обладать талантом и многими знаниями, при этом глубоко знать секреты ремесла! Например, умением рассказать историю не вербально. И это не высший пилотаж, как думают многие, а  программа первого курса! На моих уроках существует дисциплина – разговаривающие предметы. Мои студенты сначала описывают все на бумаге о чем хотят рассказать,  а потом выстраевают композицию, и если при последующем сравнении написанного и сказанного совпадает больше половины, я считаю, что результат достигнут.  И только потом мы начинаем изучать живого  человека,  авторский  язык и многое, многое другое. Режиссер должен мыслить  действием и видеть больше чем, остальные. Надо быть  внимательным и главное, необходимо быть гражданином. Я могу говорить об этом часами и даже неделями…

 

— Что такое, на ваш взгляд,  актерское мастерство?

— Недавно я сто раз пересмотрел видео в фейсбуке, где Расим Балаев читает стихи М.Мушвига,   и  никто мне не докажет, что в этот момент он играет!  Если вы это скажете, вы его оскорбите, потому что он  не играет, он создает! Энергетика  — это и есть способность  переносить  действие на духовный  уровень, где слова остаются на втором плане,  потому что они  лишь помогают выражать чувство, мысль. Любая мысль, прежде чем стать мыслю, было чувством,говорил Станиславский.

 

— Ну,  какое чувство  может быть в таком  слове,  как   «эксплуатация»!?

— Какое слово, такое и чувство.  Только вслушайтесь – «эксплуатация», и сразу появится картинка! Мы редко употребляем это слово, но постоянно используем это понятие. Слушайте, будьте внимательными и честными перед самим собой.

 

— Быть честным — это и есть  самое сложное! Себе мы прощаем все, других же казним за малейший промах!

— Все нити  этих разночтений и разногласий соединяются в одной точке –«инсаф», трудно переводимое слово на русский язык. Оно переводиться как совесть (виждан), которую мы потеряли… Но это не точно. Потому, что прежде человек теряет «инсаф» без которой «виждан» (совесть) остается без панцыря.

 

—  Разве только мы?  По-моему, мир вообще забыл о том, что такое совесть…

— Есть страны, где понятия «инсаф» не было никогда!  Инсаф   существует  у народов корневых, с тысячелетней культурой. Если есть совесть, значит, будет и милосердие, и  справедливость. Это единая цепь, и  сейчас  она  разорвана…

 

— Чем или кем?

— После революции Азербайджан из феодализма и недостаточного прожитого капитализма сразу шагнул в другое общество, минуя ступени эволюции. Но все началось еще раньше, во время нефтяного бума, когда миру понадобилась наша нефть, из-за которой у нас появилось множество богатых людей, но не все прошли испытание  свалившимся на них  богатством. Деньги очень сильно обнажают  человеческое нутро… Зейналабдин Тагиев был простым каменщиком, и в один прекрасный день ему повезло и он стал миллионером. Но благодаря его прекрасным человеческим качествам,  деньги его не испортили. Другие же внезапные богачи, чтобы продемонстрировать  свой статус, вешали на своих жен по восемь килограммов золота. Мой дед хорошо говорил про таких: «Женщина  не верблюд,  чтобы навешивать на нее погремушки».

_MG_2525.jpg

— Кстати, женщинам очень даже нравится золото!

— Но не десять же килограмм носить на шее! Мой дед поступал иначе  — он дарил своей супруге бриллиантовые изделия, и это выглядело гораздо эффектнее… Но разве современные нувориши поступают  иначе, чем их «коллеги» столетней давности? У них по  десять квартир, вилл, машин. Ну,  все  увидели, что ты богат, и что дальше? Если ты не обладаешь  воспитанием, внутренней культурой, ты не готов  к  большим  деньгам.   Дед был богатым человеком далеко не в первом поколении, поэтому он знал, как ими распоряжаться, куда вкладывать и  как к ним относиться.  Кто же знал, что случиться то, что случилось, и все его богатство в один прекрасный день отберут? Куда исчезли предметы из 40-комнатного  дома? Куда делся огромный  иранский ковер на весь зал,  который  с трудом унесли четыре  амбала и  два солдата? Куда делись бабушкины дорогие украшения? А вклад в процветание национального театра остался и дал свои плоды. Однажды  мама  увидела в реквизиторской комнате  киностудии  сосуды для розовой воды, которые принадлежали ее отцу.  И   перепутать  их  было невозможно,  потому что на каждом,   даже самом крошечном  предмете,  стоял  вензель деда…

 

— И как она поступила?

— Никак… Заплакала и ушла…   В доме ее отца была обслуга из шести человек, а после  революции  рядом с ними остался только его телохранитель, лезгин по имени  Зал. Когда дедушка умер,  он пришел к бабушке,  но она  ему сказала,  что   даже кормить не его сможет.  Преданность Зала была такова, что он все равно остался  в семье: «Когда ваш муж умирал, я дал ему обещание,  что буду оберегать вас».  И он  служил бабушке несколько лет, пока она просто не прогнала его: «Иди,  устрой свою жизнь! Мы тебе ничего не сможем дать».

Когда я в Турции рассказываю, что моя бабушка с отцовской стороны была акушером, турки  обычно  спрашивают: «Она ходила по домам, как знахарка?» «Нет,  — отвечаю я,  — она  работала в больнице». И  у моих турецких знакомых глаза расширяются от удивления – значит,  в конце XIX начале XX века в Азербайджане женщины уже получали доброе образование, о чем их  бабушки в то время даже мечтать не могли! И это было возможно   благодаря азербайджанским  меценатам,  просветленной  интеллигенции, которая несла просвещение и образование, видя в них спасение народа. Вложенные деньги в образование, в науку и культуру, это светлое будущее нации.

 

— Государство начинается в школе, как сказал Бисмарк…

— Правильно, но почему-то человечество этого никак не понимает!  Говорят,  что  когда создавались наши души,  кто-то на небесах за меня подписался, что я при рождении забуду все о придущей жизни.  И когда я  туда отправлюсь, обязательно спрошу – почему за меня приняли  решение? Все,  что рождается на земле, обладает генетической памятью, и льва не надо учить охоте, он  рождается с этим умением.  Но если человек   после рождения окажется в стае волков, и проживет с ними несколько лет, он больше  никогда не сможет стать человеком.  Это меня и возмущает — почему мы ничего не помним и почему за нас приняли  решение?

 

— У вас уже  и  претензия готова к небесам!

— Да, я обязательно это спрошу!  Мы же несколько жизней переживаем, и эта информация может пригодиться.

 

— Вы верите в теорию реинкарнации?

— Нет никакой теории, это реальность, я знаю! В Турции, в той части где я живу, кстати, очень много людей, кто помнит свою прошлую жизнь в  мельчайших подробностях. Одна из таких моя выпускница, которая рассказала мне свою историю.

 

— А у вас есть  такие воспоминания?

— Нет…  Но  я думаю, у всех нас есть такие воспоминания, просто в определенном возрасте, как только закрывается «родничок»,  они стираются.  А я помню,  кстати, как у меня закрывался «родничок».  Когда я описывал  маме   квартиру, где я родился, на улице Джафара  Джаббарлы, 8, она поражалась, откуда я мог это знать?  А мой внук вообще помнит день, когда он появился на свет! Сейчас стали рождаться  люди с совершенно другими возможностями и талантами, и чтобы их не загубить, надо бежать  от всего материального, потому что  оно  принижает  наши духовные силы.

 

—  Но как это сделать?  Мы же должны где-то жить,  что-то есть?

— Так надо жить не для того чтобы кушать, как живут многие!  Так в чем же дело? В  жадности?  А  может быть,  в несовершенстве человека?  И кто ответит на эти вопросы? Во всяком случае, не литераторы, которые, по моему мнению, пошли не по тому пути, за исключением Чехова и еще пары-тройки великих писателей. Почти вся мировая литература  соткана из рассказов грехов человечества. О которых, к стате предупреждают все священные книги. А тот же Чехов  в «Трех сестрах» говорит о совершенно  других вещах, и поэтому уже более ста лет никто не может  разгадать его загадку!  Он настолько сложен и неограниченно глубок, что  любой актер считает именно Чехова венцом своего творчества. «Чайку», например,  всегда ставили как трагедию, а на самом деле это  комедия! Но я уверен, что когда-нибудь «Чайку» поставят так, как ее задумал Антон Павлович. Думаю, если бы Чехов жил дольше, его бы линчевали, но он вовремя  покинул этот мир…

 

—  Мы говорили о потере совести, но и другие нравственные категории тоже утрачены!  Из нашей лексики почти исчезло даже слово «стыд»!

—  Несмотря ни на что,  вся наша жизнь держится только благодаря чести и совести, и хотя они не модны, но они все-таки  есть. А слово «стыд» заменили словом «известность»,   и сегодня,  чтобы быть известным, все средства хороши. Мой студент как-то заметил —  «В Турции все возможно, но бесстыдство невозможно».  Скандалы  стали  привлекательными в  глазах общества, лишь бы слава была, и все это идет из глубины веков, из литературы, основанной  на библейских грехах… Я  чувствую,  что  сейчас идет жестокая битва между Добром и Злом,  и тот, кто был изгнан из рая,  прикладывает все силы, чтобы сделать из лучшего творения Всевышнего – человека, нечто грязное.  И ему это удается, благодаря нашей  самой  главной  слабости – невоздержанности, и пока человек ее в себе не победит,  битва  будет продолжаться в пользу зла.

 

— Но невозможно же всех заставить верить! Путь к Богу – это  путь каждой отдельно взятой личности!

—  Вы правы, но даже массу  с помощью технологий можно вынудить мыслить так, как это необходимо заказчику!  Я немного знаком с этими технологиями, я же окончил факультет  руководящих работников министерства культуры СССР.

 

— Какое интересное ответвление от вашей основной профессии!

— Не просто интересное,  нас готовили на должность руководителей по культуре, а это же идеология! Я стажировался в театре на  Малой Бронной у Анатолия Эфроса и учился в школе Минкультуры СССР.   Ведь тогда было как, если  ты  ставил что-то  нестандартное,  тебя могли в хорошем смысле этого слова отправить  в Магадан, чтобы  изучать   реальную обстановку.  Помню, как нас, трех режиссеров,  пригласили  на закрытый просмотр  самого скандального спектакля Любимого  «Борис Годунов»  в театре  на  Таганке.  На просмотре  присутствовало четыре высокопоставленных сотрудника идеологического отдела   ЦК КПСС, и мы, три режиссера.   Спектакль был потрясающий, но после него Любимого изгнали из страны  и лишили  гражданства.  Власть  ужаснулась пушкинской правде!

_MG_2542.jpg

— А некоторые считают, что Пушкин устарел…

— Если кого-то  до сих пор читают  и переводят  на все языки мира, значит,  он стал классиком и  мы в нем нуждаемся. Просто любой писатель или поэт,  как Америка  — его нужно постоянно  открывать. В этом и есть  суть классики,  потому что она живая,  она продолжает тебя воспитывать, духовно  обогащать   и учит  жизни.

 

— Эти слова удивительно подходят вашей маме, чье творчество уже стало классикой! 

— А сколько же с ней не было сделано!?..  Дело в том, что азербайджанским режиссерам не хватило творческой смелости, чтобы раскрыть в ней все грани ее огромного таланта. В фильме Тофика Исмайлова «Парни нашей улицы» в одной из сцен она идет на братскую могилу и оплакивает своего без вести пропавшего сыны. Когда я первый раз смотрел  этот фильм, у меня по коже пошли мурашки. И не потому, что это моя мама… Она  – великая актриса… Как она смогла безслов выразить весь драматизм и трагедию войны в этой маленкой сцене…

 

— И, все, же,Насиба ханым, прежде всего, была вашей мамой… Как она вас воспитывала?

—  Ее воспитание  было разделено на две части – до того, как я решил стать режиссером,  и после того. Она всегда  учила меня быть  интеллигентным человеком,  который  никому не создает проблем, потому что она сама была такой, хотя считалась  очень проблематичной и властной женщиной. Но, почему-то, ей никогда не  перечили. Наоборот, к ней тянулись  и  ее любили  даже те,  кого она ругала, потому что она всегда была права!   Во всем!

А потом у нас состоялся очень серьезный разговор, на грани скандала, когда я ей объявил о своем решении.

— Ты заканчиваешь десятый класс, пора определяться с профессией, — сказала она мне однажды, — кем ты хочешь стать?

— Режиссером, — ответил я.

— Ты не будешь режиссером!  — отрезала мама.

Она  очень долго отговаривала  меня от этой профессии, потом советовала мне стать артистом, но я был неумолим.   И тогда  мама заявила, что  не будет мне помогать. «А  разве я тебя о чем то просил?», — сказал я ей, и это было абсолютной правдой, потому что  с раннего детства  я привык к  трудностям… Быть внуком выдающегося  театрального деятеля и сыном великой актрисы совсем нелегко.

 

— Почему?

—  Потому, что это огромная моральная ответственность…  Но я всегда хожу с высоко  поднятой головой, потому то и в искусстве, и в жизни, и по чести, моя мама, как женщина, как азербайджанка, была безупречна! Поэтому  люди  тюркской, кавказкой культуры  называют ее матерью, и благодаря этой любви и возникла идея памятника Насибе Зейналовой! Мы, азербайджанцы, всегда бережно относимся к своей родине, а символ родины — это мать! Если в семье что-то бывает не так с женщинами, мужчина ходит с опущенной головой. И по сей день оскорбление, высказанное в адрес женщины, жестко наказывается. Пусть говорят, что мы варвары, но из-за вопросов чести  в Европе, когда они еще были мужчинами,  вызывали на дуэль, а у нас дуэль продолжается до сих пор, и я рад,  что в Баку это есть!

Это тот самый мой Баку, в котором мы играли в детстве в футбол, когда я жил на проспекте Строителей, недалеко от стадиона «Красный восток».Там на улице мы часто играли футбол. Но когда мимо нас проходили  девочки,  мы прекращали игру.  И не дай Бог, если  кто-то из новых ребят  говорил им что-то вслед, мы чуть шкуру с них не снимали:  «А если бы твоей сестре  сказали такое? Мы бы все пошли за нее драться! Ты хочешь, чтобы на нас ее братья стенкой пришли, из-за того, что ты идиот?!» Мы  заставляли  его перед ней извиниться.  Не знаю, остались ли эти традиции в Баку?..

 

  Когда  Насиба ханым  признала, что вы сделали правильный выбор?

— Это целая история! В институт я поступил сам, потому что чей я сын, выяснилось только на последнем  экзамене. Но мама еще долго  относилась ко мне довольно холодно. Когда я учился на первом курсе, в Доме актера собирались праздновать 60-летие Сулейман  Рустама. Адалят Зиядханов, ассистент Мехти Мамедова, поручил мне  главную роль в водевиле  Сулеймана Рустама «Чимназ ханым спит».

И вот настал день премьеры…  Я пригласил маму, но она сказала, что у нее много дел, и она не сможет придти. На сцену я должен был выйти через зрительный зал. У меня был очень хороший грим, я же вырос в театре, и все время крутился около покойного Имамверди Багирова, прекрасного актера и потрясающего знатока грима. Словом,  в  своем гриме я был неузнаваемым! Стою у дверей зрительного зала,  жду своего выхода, и вдруг дверь приоткрывается, и я вижу маму —  почти в домашнем, фартук, накинутый плащ…

—  Проходите, Наисба ханым, — сказал я ей измененным голосом.

— Нет, я отсюда посмотрю, — ответила мама и спросила,

— Давно началось?

— Нет,  но вы проходите, садитесь.

Мама  села слева в последнем  ряду,  и тут ее увидел  Мехти  Мамедов который с юбиляром сидели на сцене, увидел и пригласил  ее подняться на сцену. Она   быстро сняла плащ и фартук,  и пошла к ним. И когда я пробежал мимо нее, и поздоровался с ней измененным голосом, она была очень удивлена, тем, что не сразу узнала меня.

 

— И это Насиба ханым,  которая  виртуозно владела всеми  тонкостями актерской профессии!!!

— Представьте!  Она была довольно  скупа на похвалу, и мне  это даже где-то нравилось.

Прошло много лет… Однажды  она пришла домой в очень хорошем настроении. И когда я поинтересовался, почему она такая радостная, мама ответила, что сегодня к ней на улице подошли женщины, и одна из них сказала другой: «Посмотри, это  мама Джахангира Новрузова». (В то время меня довольно часто показывали по телевидению).  Через  несколько  дней  после того случая, я спросил у мамы:

— Почему же ты так противилась моему выбору?

— Я не была уверена,  что ты станешь достойным продолжателем своего деда…  И я не хотела,  чтобы ты пережил то, что пережила я, потому что  быть сильной личностью в театре  очень  трудно.

Я это понял через много лет, и фактически это и стало причиной моего отъезда.

 

— Нет пророка в своем Отечестве?

— Кто я  такой, чтобы быть пророком? Просто мама была, как всегда, права. Быть талантливым и сильным профессионалом  наказуемо. Иногда я сравниваю наше общество с курятником, где все  хотят  подняться как можно выше, и оттуда  сбрасывать на других свой сор.  И я совершил побег из этого курятника! Потому что я не из курятника.

 

—  Турецкий подход  к искусству чем-то отличается от нашего?

— Там все совершенно  по-другому — рекламы больше, чем мастерства  профессионализма.

 

— А вам, как режиссеру,  там комфортно?

— Комфорт я создал себе  сам. Я просто стал делать то,  что умею и считаю правильным, и это оказалось точным  попаданием в цель! Сегодня в школе преподают именно мои студенты, хотя я, как гражданин другой страны, не имею никаких регалий, званий и прав занимать ответственные посты. Но, тем не менее,  ничего не происходит без моих советов и участия. Я вдруг оказался одним из создателей театрального факультета  в университете Аданы. В данный момент 99% творческого состава муниципального  театра города, начиная с директора,  мои бывшие студенты.

Надеюсь, мне удастся привезти мой последний спектакль, если разрешат «доброжелатели» в Азербайджан, и все увидят,  что было сделано азербайджанцем в Турции, и каких ребят я воспитал!  Это очень  серьезный спектакль, в котором я предлагаю зрителям свой анализ анатомии возникновения террора.

 

—  Это не просто серьезно, это очень актуально для нашего времени!

— Спектакль сделан на основе произведения Григория Горина «Забыть Герострата». Я внес в пьесу свои изменения, и после долгой кропотливой работы с архивами, мне удалось выяснить,  что существует  день рождения  террора – это 21 июля 356 года  до нашей эры. Фактически в этот в истории день был официально зафиксирован  первый терракт – был сожжен один из 7 чудес света Храм Артемиды, и в эту же ночь был рожден Александр  Македонский. В эту ночь жрецы увидели зарево на горизонте и приняли это как предзнаменование.Как то я отправился в Измир, посмотрел  на место и на то что осталось от Храма Артемиды, потом посмотрел по карте и понял – при обсолютной темноте, зарево пожара можно было бы увидеть в столице Македонии Пепле,  где родился Македонский, потому что в минуту его рождения на горизонте было великое зарево от пожара, и жрецы  сказали, что родился великий человек.Фактически получилось, что это место и время официально зарегистрированного первого террористического акта в истории! В спектакле  я дал полный анализ анатомии современного террора и того, как его используют политики. И еще, есть зерно, мысль, что если террор был  рожден на этих землях, то и побороть его должны  мы, дети рожденные на этих землях, что и поддталкивает актеров на совершенно другую качественную игру.

 

— Это ваша сверх-сверхзадача?

— Нет, это сверхзадача,  а чтобы понять сверх-сверхзадачу  надо увидеть спектакль.

 

— А  кино вас  интересует?

— Конечно, это же дитя  театра!  А снимать самому? Есть у меня идеи, но… иншаллах…  У меня вообще много идей  по поводу нестандартных методов постоновки театральных спектаклей  при помощи  современных  технологий. Но я не  люблю ходить по дворам… За другого человека  попрошу, за себя – никогда.

 

— Из-за скромности или из-за гордыни?

— Из-за воспитания, которое дала мне мама, а она никогда ничего для  себя  не просила.  Она могла на улице встретить абсолютно незнакомого человека, отвезти  его к нужному чиновнику и решить все его проблемы. Для меня мама этого не делала,  и я ей за это очень благодарен. Правда, дважды она, все-таки, сделала для меня исключение. Один раз попросила  комиссара республики, чтобы меня взяли в армию…

 

— Вы шутите?!!

— Нет, я сам попросил об этом маму, потому что после  окончания  университета у меня образовалась большая пауза на 6 месяцев, и чтобы ее заполнить, я решил  пойти в армию по раньше.

 

— Комиссар не упал под стол от такой просьбы?

— Чуть не упал! Это был огромный генерал, Муртуз Кулиев, потрясающий мужчина с густым басом. После разговора с мамой он позвонил в приемную: «Позовите этого мальчика, я хочу его увидеть.» Я зашел и попросил его, чтобы меня отправили за границу. «Вот здесь ничем не смогу вам помочь, вы опоздали», — огорчил меня генерал. И со мной произошло ужасное – меня, как пай-мальчика, отправили в Гянджу… Он тогда сказал маме, что вы первый известный человек, который просит, чтобы его сына забрали в армию!

Во второй раз мама пошла к министру культуры Закиру Наримановичу, и попросила направить  меня  в Шеки…

Однажды, когда мама лежала в больнице, в это же время там лечился один из министров. Так подучилось, что, навещая маму, я часто с ним беседовал. Однажды после какого-то из разговоров,  в котором я высказал свое видение ситуации, он воскликнул: «Где же ты был, когда  мы были у власти?» «Дома,  – ответил я, — а почему я должен был  к кому-то подходить? Это  вы должны были искать тех, кто хотел и мог работать».

Я и сейчас  придерживаюсь такой же точки зрения! Почему я должен обивать пороги, звонить, добиваться встречи? Разве не видно что твориться в искусстве?.. Если предложат, то  я сделаю. Я — солдат своего Президента, я умею  хорошо  «стрелять»,  и  лучше всего у меня это получается на сцене. Но если не зовут,  значит, я в резерве. Наверное, есть те,  кто сегодня «стреляет» лучше меня, но как-то не очень хорошо у них  это получается…

Я уже 20 лет работаю  в Турции, ни на что не претендую, занимаюсь любимым делом, и для меня это самое главное. Благодаря моим усилиям  был создан театральный факультет, построено здание учебног театра, в котором можно работать на мировом уровне. Я  практически как «главный режиссер», и все мои советы и рекомендации выполняются без обсуждений. 2013-ом в Адане  реализовали очень интересный проект  — «Люди, которые  дают силу Адане», и мне было очень приятно и неожиданно, что я вошел в число 25 таких людей, среди которых был и 88-летний основатель университета Митат Озсан. Мы вместе вышли на сцену, потому что в Турции посчитали, что я внес в аданинский университет такой же вклад, как и его основоположник. Оценили труд! А что еще  нужно человеку? И я верю, что настанет время, когда мои нынешнии студенты будут преподавать в Баку актерское мастерство…

 

Сентябрь, 2016

Фото : Шаин Гусейнов

One comment

  1. Как всегда тепло и мудро, Читала и думала,что же случилось с нашим искусством, Сначала уехали многие прекрасные режисёры и актеры. А теперь принято «наимудрейшее» решение- закрыть киностудию. Думаю не стоит говорить о том,что это,всё еще (несмотря на царящее там запустение) потрясающие студийные цеха,павильоны.огромная территория пригодная для натурных съёмок. Правда, стараниями последних трех директоров,далеких от кино и кинопроизводства.разграбленная и распроданная.Если закроют киностудию…а впрочем это долгий и не уверена,что имеющий смысл разговор. Просто написала,что бы душу облегчить

Добавить комментарий