«Мой слушатель – человек со вкусом»

Наш сегодняшний собеседник Народный артист Азербайджана, замечательный музыкант-виртуоз, руководитель ансамбля «Гайтагы» («Qaytağı») Энвер Садыгов, который в нашем интервью рассказал о творческом пути, о самых интересных этапах биографии и о своём становлении, как профессионального музыканта.

 

– Энвер муаллим, каким ребенком Вы были?

– Я был послушным ребенком, по крайней мере, так говорят родители, а по-другому и быть не могло (смеется). Покойный отец был строгим, который вместе с мамой хотел дать нам лучшее образование, чтобы мы стали умными, воспитанными и ответственными людьми. Не могу не отметить, что я из семьи учителей. Мои родители преподавали физику и математику, а впоследствии были директорами столичных школ.

 

– Как родители восприняли Ваше желание заниматься музыкой?

– Вначале отец не разделял моего желания, думая, что музыка для меня всего лишь хобби, и это останется на стадии увлечения. Помню, как мне пришлось долго уговаривать отца, чтобы он купил мне музыкальный инструмент. Однако, с годами он поменял мнение. Думаю, он просто увидел, насколько я люблю музыку, насколько она для меня важна, и что профессия музыканта — это мой выбор.

Помимо этого, мне «помог» тот факт, что у меня с рождения слабое зрение. Несмотря на то, что я учился на отлично, по рекомендации врачей, мне нельзя было нагружать глаза и много читать, поэтому моему выбору, я считаю, в какой-то степени, способствовали обстоятельства.

 

– Каким был Ваш первый музыкальный инструмент?

– Это было фортепиано, на котором до меня играли сестры. Сейчас оно находится в моей студии, напоминая мне о детстве. Однако, вскоре мне купили гармонь, которая и стала моей «спутницей» по жизни. Мне так понравился инструмент, что я сразу стал на нем практиковаться.

 

– Когда Вы стали профессионально заниматься музыкой?

– Моя музыкальная деятельность началась во дворце культуры «Йени Ахмедлы», когда я был учеником шестого класса. Помню, как педагоги говорили, что ребенка нужно было привести в кружок пораньше. Однако, схватывал я очень быстро. Как-то на прослушивании у меня получилось целое представление. Меня попросили сыграть что-то на свой вкус. Я сыграл первое произведение, после этого было исполнено следующее сочинение, и увлеченный игрой, я даже не заметил, что мою игру слушают 5-6 преподавателей музыки, которые были в восторге. Признаюсь, в тот момент я получил порцию уверенности в себе, поняв, что у меня есть задатки, которые необходимо развивать.

Начав профессионально заниматься музыкой в сентябре, в декабре я уже выступал с сольными партиями на небольших концертах, где мне аккомпанировали нагаристы и пианисты. Меня называли вундеркиндом, настолько быстро и хорошо у меня получалось (улыбается). Моим учителем был Таги Тагиев, дай Бог ему здоровья. Он раскрыл мне все секреты азербайджанского мугама, народной музыки и национальных танцев, за что я ему безмерно благодарен.

Мне настолько нравилось заниматься музыкой, что дома я, помимо заданий учителя, еще играл и на фортепиано, практиковался, экспериментировал, стараясь выплеснуть внутреннюю энергию и раскрыть свой потенциал.

Что касается занятий, то здесь я был настолько исполнительным и прилежным учеником, что Таги муаллим часто поручал мне помочь освоить ту или иную мелодию другим ученикам, будучи уверенным, что я справлюсь с поставленной задачей. Уже с тех пор я всегда выручал товарищей музыкантов, заменял, подменял, особенно, когда возникал форс-мажор (улыбается).

 

– В каких коллективах Вы стали играть?

– Моя концертная деятельность началась в ансамблях самодеятельности, которые в советское время были очень популярны. Выступая с сольными партиями и в ансамблях, мой круг друзей заметно расширился, куда стало входить все больше и больше музыкантов – моих коллег. Таким образом, по окончании школы меня уже знала определенная аудитория.

 

– Как влияла на Вас популярность?

– Конечно, мне это нравилось. Однако, у меня словно был иммунитет к звездной болезни, поэтому она мне никогда не грозила. Я всегда был трудоголиком и не стремился выпячивать свой талант, причем, после репетиций я всегда уходил позже всех (улыбается).

 

– Чем Вы занялись после школы?

– По окончании школы я не стал поступать в институт, так как зрение было слабое, а устроился на работу в клуб при комбинате имени Г.З.Тагиева, где началась моя трудовая деятельность, продлившаяся год. Я был руководителем музыкального кружка, где учил детей играть на азербайджанской гармони. Несмотря на преподавательскую деятельность, я не забывал про свою сольную карьеру, регулярно работал над собой и играл в двух ансамблях одновременно. Одним словом, я всегда занимался творчеством. Однако, далее последовал двухлетний перерыв…

_MG_2927-min.jpg

– Вас призвали в армию?

– Да, несмотря на слабое зрение, с которым я не должен был служить.., меня призвали в армию, написав более легкую степень нарушения зрения, хотя отметили, что не для строевой службы. Но в армию я пошел охотно, ведь в нашем обществе бытовало мнение, что настоящий мужчина должен служить в армии. Одним словом, я попал в московскую область, город Звенигород.

 

– Занимались ли Вы музыкой во время службы?

— Всего лишь несколько раз. Спустя год службы, выходя в самоволку, я попал на дискотеку, проводимую по выходным, где играл небольшой ансамбль – два гитариста, барабанщик и девушка клавишник. Однажды, мне удалось поиграть вместе с этими музыкантами, когда клавишник не пришла, и место освободилось. Музыканты были в шоке, потому что за несколько посещений дискотеки я полностью выучил их репертуар и сыграл его экспромтом. Они уговорили меня выступать вместе с ними. Однако, радоваться пришлось недолго, потому что спустя месяц до офицеров дошли слухи, что я играю на дискотеке (смеется). Это был единственный случай, когда мне удалось «тряхнуть стариной» и сыграть. После этого меня поставили дежурным по штабу (ответственная должность), что не позволяло мне отлучаться, ведь приходилось отвечать на все звонки.

 

– Как проходило Ваше возвращение в музыку после армии?

– Очень и очень сложно! После столь долгого перерыва пальцы словно окоченели и стали какими-то деревянными, потерявшими чувствительность. Представьте себе, когда спортсмен перестает тренироваться, он моментально теряет форму, а когда музыкант перестает играть, делает такой огромный перерыв, особенно в самом энергичном возрасте, когда нужно играть и играть, это пагубно влияет на его профессиональное развитие. Тебя словно отбрасывает на десятилетие назад, и ты заново учишься играть. Причем знаешь, как и что нужно делать, а пальцы не слушаются. Это просто ужасно! Данный процесс сравним с тем, как после тяжелой аварии люди учатся заново говорить или ходить. Поэтому, если у творческого человека есть возможность, не стоит делать такие огромные перерывы, ведь не всегда можно вернуться на прежнюю волну.

 

– Но у Вас получилось?

– К счастью, да (улыбается). Огромное спасибо родителям, которые в нужный момент поддержали меня, ведь я даже думал навсегда оставить музыку. Однако, процесс потребовал много работы, репетиций, максимум усердия и занятий. Затем я стал играть на свадьбах, в ансамблях и постепенно вошел в привычное для меня русло.

 

– Где Вы получили образование?

– Я окончил музыкальный факультет при Азербайджанском Государственном Педагогическом Университете, а в настоящее время являюсь магистром Азербайджанской Национальной Консерватории.

 

– Энвер муаллим, расскажите про свой профессиональный путь?

– Этот путь продолжается и сегодня. Мне повезло, что я познакомился с очень хорошими музыкантами, многих которых уже нет с нами. Я слушал их игру, наблюдал за их отношением к музыке, вел определённые дискуссии, советовался. Все это стало для меня полезным опытом. Я был лично знаком с Мешеди Магомедом (кларнетистом), Вилайетом Барини (гитаристом), Хакимом Абдуллаевым (кларнетистом). В 1990-м году я стал работать в Государственном Театре Песни имени Рашида Бейбутова, где в то время директором был заслуженный деятель искусств АР, талантливый композитор Фаиг Суджаддинов. Работа в театре и общение с профессионалами позволили мне повысить свой музыкальный уровень ещё больше и делать прогрессивные шаги в музыке. Этому способствовал тот факт, что я по природе креативный человек, которому не нравится играть одно и то же, я люблю добавлять что-то свое, импровизировать, преподносить мелодию по-своему, тем самым производя впечатление на слушателя. Помню, как Фаиг Суджаддинов утверждал, что из меня получится прекрасный пианист, советуя сменить музыкальный инструмент, но я все-таки предпочел свою любимую гармонь.

 

– Расскажите о совместной работе с Народной артисткой Республики Бриллиант Дадашевой….

– Наше сотрудничество началось в 1994-м году. Работать с Бриллиант Дадашевой стало для меня продуктивным творческим путем. Она очень требовательна, поэтому приходилось работать на пределе своих возможностей, многократно репетировать, регулярно выезжать на гастроли, участвовать в самых престижных проектах и концертах, высту-пать на телевидении и т.д.

 

– А как насчет Вашего творческого союза с известным эстрадным певцом Аббасом Багировым?

– Мы с Аббасом Багировым познакомились в 1999 году. Я сразу же заметил его любовь к музыке, редкий диапазон голоса и вообще талант, что и привело к нашему творческому сотрудничеству, которое продолжается и по сей день.

_mg_2952-min

– Однако, Вы не забывали о своем сольном творчестве….

– Конечно! Несмотря на сильную загруженность, я находил время для собственного творчества, импровизаций и новых разработок, чего требовала душа музыканта. Помню, у меня был блокнот, куда я записывал, что и когда мне нужно сделать, ведь всего не упомнишь (смеется). Уже тогда я делал новые аранжировки, стал преподносить их по-своему, добавлять в них свое видение, оставляя суть содержаний. Например, взять фрагмент какой-нибудь композиции и развить ее до нового произведения. Однако, это сложный процесс, требующий много сил и терпения, ведь главное — это качество. Например, я никогда не гнался за тем, чтобы меня слушали массы. Мой слушатель – это человек со вкусом, а таких всегда меньшинство (улыбается).

Был период, когда я серьезно занялся клипами, первый из которых на инструментальную композицию «Take Five» был снят в 1997-м году. Режиссером была Самира Джафарова, а монтажом занимался мой друг Этибар Гасанов. Отмечу, что альбом с одноименным названием вышел три года спустя. Это была аудиокассета. После этого была снята целая серия довольно удачных клипов на разные композиции. Многие из них очень полюбились, ведь к каждому клипу мы подходили творчески, стараясь создать мини фильм с интригующим концом, давая возможность зрителям и слушателям самим придумать концовку. Признаюсь, что я сам частенько смотрю свои клипы (смеется).

 

– Какую музыку Вам нравилось слушать в детстве и в последующие годы?

– Мои вкусы с возрастом менялись. Дома у нас был проигрыватель, на котором я слушал пластинки зарубежной эстрады, классику, мугам и народные песни. Мне нравились самые разные жанры, стили и направления, наверное, поэтому моя музыка такая разнообразная и необычная, где я создаю самые разные миксы. В детстве я слушал наших музыкантов — гармонистов Ахада Алиева (Кёр Ахад), Тейюба Демирова, Мамедагу Агаева, Закира Мирзоева, Автандила Исрафилова, и более молодых музыкантов — Ханлара Джафарова, ШамсиАгамалыева, Айдына Алиева и др. Не могу не отметить, что параллельно с этим я слушал произведения гениального Вагифа Мустафазаде. А также меня интересовали зарубежные аккордеонисты, бандонеонисты — Валерий Ковтун, Астор Пиацолла и многие другие.

 

– Как Вы реагируете на критику?

– Главное, от кого исходит критика. Я всегда готов послушать мнение профессионала. Помимо этого, я достаточно самокритичный человек и пока мне самому не понравится композиция, я не смогу поделиться ею со своим слушателем.

 

– Интересно узнать у музыканта, о чем Вы думаете во время исполнения той или иной композиции?

– Большая часть мыслей обдумывается до начала исполнения, так как идет процесс составления репертуара, а когда начинается игра, все идет своим чередом. В процессе можно варьировать, менять направление игры в зависимости от того, как воспринимает ее аудитория. Одним словом, регулировать процесс (улыбается).

 

– Хотелось бы узнать, на каких гастролях Вам удалось побывать за свою профессиональную карьеру музыканта?

— Я стал выезжать на гастроли с 1991 года. Ездил по таким странам как Германия, Франция, Великобритания, Италия, Чехия, Австрия, Кипр, Морокко, Турция, Россия, Китай, США, Израиль и т.д. Отмечу, что в 1997 году я принимал участие в совместном проекте азербайджанских и норвежских деятелей искусства вместе с всемирно известным хором «Скрук». А в 2005-м году мы играли на концерте, посвященном юбилею выдающегося азербайджанского ученого Юсифа Мамедалиева. Это грандиозное мероприятие проходило в ЮНЕСКО, где приняли участие видные деятели искусств Азербайджана. Мы долго готовились к этому концерту, и было приятно, что все прошло на высшем уровне. Мы оправдали оказанное нам доверие. Год спустя мы приняли участие в не менее грандиозном проекте, посвященном дружбе народов и слиянию культур. Концерты можно перечислять очень и очень долго. Я еще не говорю про другие государственные мероприятия, проводимые не только в Баку, но и во многих городах разных стран мира…

 

– Не могли бы Вы рассказать о каких-нибудь интересных моментах или случаях во время Ваших гастролей?

– Мы часто участвуем в создании бэкграунда во время официальных встреч высокопоставленных лиц. Отмечу, что даже здесь есть элемент для творчества. Бывает, что беседующие люди забывают про разговор и их внимание сосредотачивается на твоей игре. Помню случай в Париже, когда Ален Делон во время важной беседы повернулся в мою сторону и слушал, пока я не закончил играть. Он был в восторге от моего исполнения, где я соединил знаменитые азербайджанские и французские произведения, например, Эмина Сабитоглу и Эдит Пиаф (смеется). Потом, когда выступление было закончено, и люди подходили к нему, чтобы сфотографироваться, он призывал зал аплодировать мне. Очень приятно, когда твоя игра нравится слушателю. Творчество не имеет границ, и не важно, тебя слушает обычный зритель или всемирно известная личность. Настоящее искусство способно покорить сердце любого слушателя.

 

– В чем секрет успеха Энвера Садыгова?

– Никакого секрета нет. Я вообще думаю, можно ли назвать мои достижения успехом (смеется). Конечно, все в жизни относительно. Бывает, ты сыграл интересное произведение и зал взрывается аплодисментами. Это тоже можно назвать успехом. Мне доставляет удовольствие исполнять музыкальные произведения, когда они нравятся слушателю и мне самому.

 

– Думаю, Вашим успехом можно назвать сольный концерт, прошедший в мае этого года…

– Сольный концерт стал для меня настоящим событием, причем, это был ответственный шаг. Мы играли два дня подряд. Дело в том, что большую часть своей профессиональной карьеры я играл в ансамблях, но это нельзя назвать сольным выступлением. Поэтому пришло время и для своего дебюта (смеется). Я очень тщательно подбирал материал для концертного репертуара, ведь я поставил перед собой цель — удержать внимание зрителя посредством только лишь инструментальной игры, без вокала. После концерта мы получили очень много тёплых положительных отзывов от настоящих мэтров. Мною поставленная задача была очень сложной, но у нас получилось!

На концерте я играл на созданной мною гармони. Лет 15 назад с помощью мастеров мне удалось увеличить диапазон инструмента и прибавить регистр, меняющий звук, серьезно расширив исполнительские возможности нашей азербайджанской гармони… Я назвал эту гармонь «Renever». Сейчас на этом инструменте я могу исполнять самые разные музы-кальные произведения, включая классику. Теперь уже большинство молодых исполнителей используют этот инструмент, я считаю это не малый успех моего творчества.

Пользуясь случаем, хочу выразить благодарность моей команде ансамблю «Гайтаги»: заслуженному артисту Азербайджана Алекперу Алекперову, Рамину Гасанову, Талеху Агаеву, Аббасу Сафарову, Ниджату Байрамову, Орхану Мусаеву — ведь репертуар концерта был сложным, они справились, я остался доволен! Особенно хочу отметить моего друга, заслуженного артиста Азербайджана, гениального джазмена Эмиля Афрасияба, с которым разделить сцену одно удовольствие.

К сведению, ансамбль «Гайтаги» был создан в 2009-ом году. В 2012-ом году мы официально зарегистрировали коллектив при государственном телерадиоканале АзТВ. Я специально выбрал вышеупомянутое название, ведь значение слова « гайтаги» — это ритм лезгинки, который также нашел свое отражение в произведениях многих азербайджанских композиторов, например, у Тофика Гулиева, Саида Рустамова, Маэстро Ниязи, Фаига Суджаддинова. Мы не должны забывать названия наших национальных ритмов, а ансамбль «Гайтаги» позволит ему всегда оставаться на устах!

 

– Вы бы хотели, чтобы дети пошли по Вашим стопам?

– Моя дочь учится на третьем курсе Бакинской Музыкальной Академии, где изучает теорию музыки. А сын учится в музыкальной школе имени БюльБюля, он играет на фортепиано. Думаю, время покажет, как сложится их дальнейшая судьба в плане музыкального будущего.

Я придерживаюсь демократических принципов воспитания и всегда выступаю за то, чтобы у каждого был выбор, нельзя заставлять ребенка заниматься тем, что ему не нравится. Человек должен любить свою профессию, только в этом случае он будет работать с душой и сможет достигнуть успеха.

 

– В здоровом теле здоровый дух. Что Вы думаете по этому поводу?

– Очень положительно! Помню, как в детстве я занимался дзюдо, но спортивная секция была далеко от дома, а сама борьба была травмоопасной, поэтому «у нас не сложилось». Родители очень переживали по этому поводу. В детстве я придерживался убеждения, что мне нужно быть хорошим спортсменом, как будущему защитнику отечества, ведь мужчина должен быть сильным, чтобы постоять за себя и своих близких. Но я мечтал стать музыкантом и посвятить себя музыке, что в конечном итоге у меня и получилось (улыбается).

 

– Вас можно назвать счастливым человеком?

– Думаю, да (улыбается). Я занимаюсь любимым делом и получаю от этого удовольствие. У меня есть семья, которую я очень люблю. Меня окружают друзья, есть свой слушатель, а это дорогого стоит. Наше государство оценило мой труд, удостоив меня званием «Народный артист» Азербайджана. Это большая ответственность, которая стимулирует работать, заниматься творчеством и представлять страну на высочайшем уровне. Как в такой ситуации можно быть не счастливым (смеется)? Спасибо Всевышнему за все!

 

– Не поделитесь планами на будущее?

– Играть, сочинять и радовать своих слушателей. Нужно заниматься творчеством, требующим полной самоотдачи. Творчество начинается, когда тебя захлестывают эмоции, порой даже стресс начинает стимулировать творческого человека на создание чего-то нового и интересного. Главное в этом деле – начать, а впоследствии всё само образуется.

 

– Энвер муаллим, спасибо большое за интересную беседу. Мы желаем Вам удачи и творческих успехов.

– Спасибо!

 

Октябрь, 2016

Интервью : Рустам Гасымов

Фото : Шаин Гусейнов

Добавить комментарий