РОЖДЕННАЯ БЛИСТАТЬ

Выдающаяся азербайджанская актриса Земфира ханум Садыхова — живая легенда  кино, снимавшаяся в  таких фильмах, как «Дачный сезон»,  «Хочу понять», «Простите нас», «Юбилей Данте» и, конечно же, «Кура неукротимая».  Онa  Большая Актриса и Настоящая Женщина, которая любила и была любима, вырастила  замечательных детей,  и в этой ипостаси реализовала себя так же талантливо, как и в актерской профессии.

 

— Перед встречей с вами я пересмотрел фильм «Кура неукротимая», который очень давно не видела. И с первых же кадров я никак не мог понять, что же меня так завораживает? И только потом пришло озарение – я слышу великолепный азербайджанский язык, без всяких сленгов и диалектизмов, который звучит, как музыка! Не говоря уже о режиссуре, операторской работа и прекрасной игре артистов!

— Изначально предполагалось, что фильм должен был быть цветным, и снимать его будет выдающийся азербайджанский оператор Расим Исмайлов. Но потом, почему-то, пригласили московского кинооператора Игоря Богданова. Он очень тщательно выстраивал каждую сцену, долго ставил свет, это было так изнурительно, потому что за съемочный день успевали отснять только маленький кусочек. Я думаю, если бы на фильме остался Расим Исмайлов, картина бы только выиграла! Он мне сделал потрясающие цветные кинопробы с крупными планами, от которых все были в шоке. Меня буквально засыпали вопросами — неужели у вас свои ресницы, свои брови? Да все у меня было свое!

 

— Как вам предложили роль Мяляк?

— Раньше я жила в районе Баксовета, и на киностудию ездила на троллейбусе. В один прекрасный летний день я ехала на работу. На мне было платье с короткими рукавами, волосы собраны в хвостик, и всю дорогу я чувствовала на себе чей-то назойливый взгляд. Около киностудии я сошла, и ко мне подошел незнакомый мужчина:

— Простите, вы жена Юсифа Велиева?

— Да, — удивленно ответила я.

— Вы знаете, я режиссер Гусейн Сеид-заде. Я снимаю фильм по роману Исмаила Шихлы «Кура неукротимая», и хотел бы вас пригласить на главную роль. Давайте мы сделаем фотопробы.

— Но фотопробы ни о чем не говорят, только о фактуре! Если вы действительно хотите меня снимать, давайте сделаем кинопробу, и вы сможете увидеть мои артистические возможности…

Кинопробы были настолько удачными, что худсовет во главе с директором киностудии Адылем Искендеровым утвердил меня единогласно, хотя на роль Мяляк пробовалось очень много красивых актрис.

 

— Вы были знакомы с этим романом?

— Нет, но когда я прочитала сценарий, то сразу же поняла, какой характер должен быть у моей героини, ведь в жизни я совершенно другой человек, чем моя Мяляк, и когда я создавала этот образ, у меня был реальный прототип.

Deli Kur (5)

— Одним из самых сильных моментов фильма является сцена с Лейлой Бадирбейли…

— Как актриса, я ее сыграла, но эта сцена меня очень испугала. На репетиции все было нормально, но во время съемок она меня ударила с такой силой, что у меня в глазах потемнело, и мне пришлось собрать все свое мужество, чтобы продолжить. К сожалению, очень много сцен так и не вошли в картину…

Незадолго до начала съемок я прочитала книгу Эльзы Никсон «Розы в кредит», и меня поразил отрывок, в котором описывалась изумительная походка главной героини — когда она шла, юбка каким-то невероятным образом обвивалась вокруг ног. И я потратила не один час, чтобы отрепетировать эту походку для Мяляк, потому что со стороны все ее осуждают, завидуя ее красоте и свободе, а на самом деле она очень сильная, страстная и уверенная в себе женщина. Когда снимали сцену, как Мяляк идет к реке с тяжеленным подносом, чтобы прополоскать белье, то я использовала эту необыкновенную походку, и почувствовала, как на меня неодобрительно сморят деревенские жители. К сожалению, эта сцена, впрочем, как и многие другие, так и не вошли в картину…

 

— Почему?

— Об этом больно говорить, но иногда так бывает, когда не складываются отношения с режиссером… Он меня снимал только на дальних и средних планах, а крупные планы и большие сцены, в которых она довольно много времени по кинематографическим меркам исполняла песни, доставались другой актрисе. Адыль Искендеров, который просматривал все отснятые материалы, однажды вызвал к себе режиссера: «У тебя в фильме все поют, ты что, снимаешь индийское кино? И почему у твоей героини Мяляк нет крупных планов?» Только после этого Сеид-заде начал снимать меня крупным планом… В первый же съемочный день ко мне подошел режиссер: «У вас в фильме будут откровенные сцены, а я слышал, что вы не будете сниматься так, как надо, потому что вам этого не позволит ваш муж». Этот разговор происходил в небольшом закутке съемочного павильона, и когда он мне это заявил, я приспустила кофту, слегка обнажила плечи и спросила: «Так вас устраивает?»

 

— Я представляю, что с ним было!

— А что со мной было в этот момент?! Он бы меня не стал снимать, если бы я отказалась играть эту сцену, и все бы подумали, что я бездарная актриса! И я заявила Сеид-заде: «Я — актриса, я очень люблю свою профессию и не позволю ее унижать. Я буду сниматься так, как это требует сценарий». Не знаю, что он почувствовал в этот момент, но съемки продолжились…

 

— Почему вы решили стать актрисой?

— Об этой профессии я мечтала с трех лет! У нас был уютный интернациональный двор, и соседи теплыми вечерами собирались на лестнице – кто-то пил чай, кто-то грыз семечки, а я всех развлекала песнями и танцами. Тетя Аня, наша соседка, часто меня спрашивала: «Земулик, ты кем хочешь быть?» «Когда вырасту, стану актрисой», — гордо отвечала я.

Когда я заканчивала десятилетку, то хотела поехать во ВГИК, но дома мне даже думать об этом запретили. Кстати, моя сестра окончила философский факультет МГУ, но мне родители заявили, что я не смогу жить одна, так как это очень трудно.

А вскоре я вышла замуж, и решила поступить на экономический факультет университета, потому что у меня были неплохие математические способности. Но я проучилась только полгода, потому что в декабре у меня родился сын…

Каждый раз, когда я проходила мимо Азербайджанского театрального института, у меня на глаза наворачивались слезы. И однажды я набралась смелости и пошла на прием к ректору Рахибу Гусейнову. «Наша сцена плачет по актрисам с такой внешностью, как у вас, — сказал он мне, — но для того чтобы принять вас в институт в середине года, вас должны проэкзаменовать наши педагоги». Я пришла в назначенный день, и увидела весь цвет преподавательского состава — Адыль Искендеров, Тахмасиб, Мелик Дадашев, Рахиб Гусейнов… Я прочитала монолог из поэмы «Вагиф» Самеда Вургуна и несколько стихотворений Джафара Джаббарлы.

— Как же ты могла с такими данными поступить на экономический факультет? — воскликнули они.

— Потому что мне родители не разрешили, — ответила я.

 

— Как на это отреагировал ваш муж?

— Нормально, потому что я ему пообещала, что после института устроюсь в ТЮЗ и буду играть зайчиков и кошечек. Мы с ним дружили с раннего детства, потом решили пожениться, но наша семейная жизнь получилась недолгой…

Словом, меня приняли в театральный институт, но дома я всем сказала, что поступила на режиссерский. Но для начала я отправилась на прием к ректору университета, чтобы объяснить, почему я забираю свои документы. Он меня внимательно выслушал, поздравил с поступлением и даже сделал мне несколько комплиментов. Возможно, это прозвучит нескромно, но на меня всегда обращали внимание, и не потому что я была невероятной красавицей, видно, во мне присутствует какая-то сильная женская харизма, несмотря на то, что у меня всегда был мужской склад характера.

 Deli Kur (19)

— Как же вам удавалось сочетать два столь разных начала, ведь артистический талант всегда опирается именно на женские качества – гибкость, кокетство, умение мгновенно перевоплощаться?

— Я об этом никогда не задумывалось, все получалось само собой… В первую очередь человек должен быть искренним, честным и порядочным. Что же касается актерской профессии, то я ее настолько люблю, что перевоплощение для меня никогда не составляло труда.

 

— Можно ли сказать, что вы любите свою профессию за возможность проживать чужие жизни?

— Конечно, ведь это же очень интересно! Когда в молодости я ходила на дни рождения или вечеринки, то, возвращаясь домой, устраивала целое представление, показывая домашним походку, манеры и особенности речи наших общих знакомых.

 

— Вы сказали, что когда играли Мяляк, у вас был прототип. А как вы в реальности относитесь к таким женщинам?

— Если женщина так поступает, значит, на это есть веские причины. В то время многие женщины выходили замуж не по любви, а потом, когда приходило настоящее чувство, не каждая могла с этим справиться…

 

— Как вы познакомились с Юсифом Велиевым?

— У меня всегда было очень много поклонников, но когда после окончания института меня направили в ТЮЗ, где мы и познакомились, я в него влюбилась по уши, несмотря на огромную разницу в возрасте! Мы любили друг друга безумно, в жизни такая любовь бывает только один раз, и я благодарю Бога, что я испытала такое сильное чувство, тем более что Юсиф, несмотря на сложнейший характер, этого стоил. Он не был красив, но он был мужчиной! Мне все в нем нравилось – как он сидел, разговаривал, смотрел!

 

— Вам легко было идти на компромиссы ради любимого человека?

— Я была в него влюблена два года, и только потом узнала, что его первая жена еще жива. Он мне ничего о ней не говорил, и в театре, боясь его, тоже ничего не говорили. Для меня эта новость стала настоящим шоком, и я не знала, как же мне поступить?

И вдруг мне приходит приглашение в Ереван, где в тот момент состоялось открытие Азербайджанского драматического театра. Я подумала и согласилась, потому что мне надо было просто уехать, а чтобы избежать лишних разговоров, я взяла с собой маму и сына. В этом театре я проработала только три месяца, и все это время Юсиф засыпал меня письмами и телефонными звонками. А вскоре меня пригласили на съемки фильма «Земля, море, небо, огонь». Как потом оказалось, на этом настоял Юсиф, чтобы я вернулась в Баку…

Когда его не стало, мне было 38 лет, я могла бы сто раз выйти замуж, но я понимала, что такого мужчину уже никогда не встречу… Кроме того, у меня была дочка, и я просто не представляла, что в доме появится чужой для нее мужчина. Несмотря на то, что я очень люблю свою профессию, семья для меня всегда стояла на первом месте. Сейчас я все свое время посвящаю воспитанию своих замечательных внуков, они для меня главная ценность в жизни.

 

— Сейчас мы опять вернулись во времена, когда судьбу выбирают не молодые люди, а их родители. Вы считаете это правильным?

— Нет, конечно же! Но и не советоваться с родителями тоже неправильно, потому что они знают больше, чем 20-летние, и они не враги своим детям. Но, создавая семью, нельзя преследовать корыстные цели. Избранник может быть бедным, но при этом порядочным и перспективным. Жить без любви невозможно, но одному человеку не под силу сохранить это чувство, для этого нужны усилия двоих…

Исходя из своего жизненного опыта, я считаю, что семью надо создавать в более зрелом возрасте, лет в 25. Когда я выходила замуж за Юсифа, то прекрасно осознавала, что делаю, хотя актеры всегда очень мало зарабатывали. Меня часто спрашивали: «Что ты в нем нашла, у него же ничего нет!» Разве таким людям можно объяснить, что я вышла замуж потому, что очень его люблю, и если бы я могла сказать за что, то, наверное, это была бы не любовь… Я вдыхала его дыхание… Когда я слышала звук его шагов, у меня внутри все замирало от счастья…

 

— Когда вы поженились, сын жил с вами?

— Конечно, хотя моя мама сказала, что внук может пожить у нее. Но я ответила, что мужа я могу себе найти, и не одного, а сын у меня — единственный.

Честно говоря, мне не хотелось детей, но когда я забеременела, Юсиф обошел всех наших родственников, чтобы они меня уговорили оставить ребенка. Он проявил такую настойчивость, что я сдалась. А теперь я благодарна Всевышнему, что у есть такая замечательная дочь.

Bag movsumu (27)

— Что изменилось в вашей жизни после премьеры «Кура неукротимая»? Как это обычно бывает у артистов – наутро она проснулась знаменитой!

— После этого фильма меня практически не снимали….

 

— Почему?

— Я не знаю… В 1970-м году в на фестивале в Минске мне присудили премию за лучшую женскую роль, но я об этом даже не знала! И, тем не менее, меня не снимали. А потом Октай Мир-Касимов снял меня в короткометражке про женщину, которая рожает. Это была его первая работа и дебют оператора Рафика Гамбарова. Когда дядя Октая, Кара Караев, посмотрел этот фильм, он подумал, что его снимали скрытой камерой, и сказал: «Как же тебе повезло с такой красавицей!»

А в 1976 году режиссер Гюльбениз Азимзаде предложила мне сниматься в ее фильме «Юбилей Данте». Роль у меня была небольшая, но с актерской точки зрения очень интересная. Наш знаменитый писатель Анар потом сказал, что я вылепила этот образ. Это вообще единственная картина, где я сама себе нравлюсь!

 

— А как же быть с Мяляк?

— Из фильма вырезали очень много моих сцен, и мне не дали сыграть эту роль так, как я задумала. А в «Юбилее Данте» получилось то, что я хотела. В моей фильмографии около 30 картин, но одной из наиболее интересных я считаю свою работу в короткометражке Джафара Ахундзаде, где я играю мать, которая ждет сына и никак не может поверить, что его больше нет. Мне очень понравилось, как Джафар работает с актерами, объясняя все тонкости и нюансы, вплоть до ударения в слове. Может быть многим артистам это и не нравится, но я люблю таких умных режиссеров. И хотя я с ним спорила, но его подсказки, его видение образа очень помогло правильно выстроить роль.

 

— Говорят, все женщины — актрисы, и для достижения своих целей они постоянно пользуются этим природным даром.

— Я считаю, что играть в жизни — это гадко и низко. Сыграть можно только у постели больного, например, чтобы вселить в него уверенность в выздоровлении, а в жизни необходима искренность и честность.

 

— Вы сказали, что в жизни вы не такая, как ваша героиня Мяляк. А какая вы?

— Властная, чрезмерно добрая, искренняя, гордая, слово чести звучит для меня, как клятва… Не люблю жадных людей, не люблю сплетничать и осуждать, ненавижу, когда говорят гадости о других людях… Я никогда не лгу, но если не могу сказать правду, предпочитаю промолчать, чтобы никого не обидеть.

 

— Ваши дети не хотели пойти по вашим стопам и стать артистами?

— Очень хотели, потому что они очень талантливые, но я сделала все, чтобы этого не произошло. Мои родители ничего не могли мне посоветовать, потому что были далеки от творческой среды. Единственное, что мне говорил папа: «Закулисная жизнь очень грязная», на что я со всем пылом юности отвечала: «Если актер талантлив, он все равно себя проявит». Но так как я уже знала этот мир изнутри, то смогла переубедить своих детей, да, собственно говоря, они же видели, какие трудности мне приходилось преодолевать.

 

— Вы не жалеете, что стали актрисой?

— Нет, я сделала правильный выбор, потому что это — моя жизнь… Даже сейчас я жду новых ролей, но только не в сериалах или рекламе, а в хорошем большом кино.

 

— Почему же вам так не нравится сниматься в сериа­лах?

— Главное в любом фильме — это сценарий, режиссер и актерский состав, но качество современных сериалов настолько низкое, что их вообще мало кто смотрит. И при этом нашим артистам за эту работу платят унизительно мало. Правда, если артисту предлагают интересную роль в хорошем фильме, то он соглашается даже несмотря на маленькие гонорары. Помню, когда в Баку на съемки своего фильма приехал Кончаловский, то, увидев мою фотографию, сказал, что будет снимать только меня. Меня долго уговаривали, и когда я назвала сумму гонорара, причем, мизерную, по сравнению с гонорарами москвичей, мне стали называть другие цифры. Это было очень неприятно, и я сказала, что мы не базаре, и я не собираюсь торговаться. Этот разговор передали Кончаловскому, и он распорядился принять все мои условия. Он был от меня в восторге и даже привез для моей героини серьги своей покойной бабушки… Фильм снимали зимой, было страшно холодно — февраль, Крепость, сцена на продуваемой всеми ветрами крыше… И всего один съемочный день…

Я верю и надеюсь, что Джафар Ахундзаде отправит свой фильм на Каннский фестиваль, и кто знает, может быть, он получит приз… Я часто мечтаю о хорошем, и прошу Всевышнего, чтобы он исполнил мои просьбы. В последнее время я часто прошу, чтобы Он дал мне возможность совершить хадж в Мекку вместе с моей близкой подругой.  Но для этого я должна сняться в кино, чтобы заработать на эту поездку, а ведь мне в этом году исполняется 75 лет…

Добавить комментарий