“В центре успеха, не только в образовательной, но и любой другой организации, стоят кадры”.

С директором 23-й школы, Юлией Керимовой, мы уже встречались два года назад. Тогда Юлия ханым, отличающаяся высокой организованностью, умением планировать время и демократическим стилем руководства, была полна энергии и энтузиазма, рассказывая о предстоящих преобразованиях в жизни вверенной ей школы. Вновь встретившись, мы поговорили о ближайших планах и о том, что уже удалось осуществить из задуманного.

 

—  Юлия ханым, что интересного произошло в школе за эти два года?

—   Знаете, в школе каждый день по-своему интересен, но отрадно, что мы продолжаем оставаться на пике популярности. На сегодняшний день у нас обучается свыше 1900 учеников, из которых только в начальных классах — более 860 детей, что является своеобразным рекордом для “началки”. Правда, в этом году правила приема изменятся, о чем нас уже проинформировали из Министерства образования, предоставив список конкретных адресов, которые являются приоритетом при приеме документов в первый класс. При этом дети, проживающие не на данной территории, также могут подавать документы на прием, но исключительно на конкурсной основе при условии наличия сводобных мест.

Два года – достаточный срок для того, чтобы заявлять о каких-то изменениях, но следует учитывать, что полномочия директора включают улучшения и оптимизацию существующей, давно устоявшейся структуры школы и ее программы, поэтому о каких-то кардинальных  изменениях я говорить не буду. Так, мы продолжаем делать акцент на развитие основного — языкового направления нашей школы, в частности, английского языка, стремимся улучшить качество его преподавания. Вплоть до 2015 г. наши преподаватели были вовлечены в проект Британского Консульства с применением определенных ресурсов и направленному на обучение практики языка посредством игр, общения в интересной для детей тематике. Почти все педагоги нашей школы прошли тренинги, проводимые British Council, но, учитывая, что методика преподавания языка постоянно совершенствуется и появляется много новых ресурсов  в парадигме, ориентированной на личность, мы стремимся своевременно приобщать наши кадры к новшествам.. К примеру, в прошлом году British Council совместно с Министерством образования представили новый проект по созданию так называемых «ресурсных центров» на базе «продвинутых» в преподавании английского языка общеобразовательных школ, которые могут предоставлять обучающие ресурсы для детей и учителей из соседних школ для расширения круга общения и профессионального развития. В рамках данного проекта на базе трех образовательных учреждений — нашей школы, Института профессионального развития педагогических работников и физико-математического лицея, были открыты ресурсные центры. В нашем случае – это центр, призванный обслуживать близлежащие школы, именуемые  «спутниками». Центр предоставляет ученикам и педагогам школ-спутников необходимый учебный материал для занятий и специальные тренинги. Помимо этого, на базе ресурсного центра предлагаются платные занятия английским языком, в которые дети приходят по желанию для того, чтобы набиратья опыта общения с носителями языка. Изучать английский язык надо серьезно, ведь он широко открывает, как бы банально это ни звучало, двери в мир; это язык науки, политики и экономики 21 века. В такой стране, как Китай, с более чем миллиардным населением, это давно поняли и практически все изучают и говорят на английском, что дает основания лингвистам говорить о появлении новой разновидности «китайского» английского языка, наряду с «американским» английским, например.

Проект ресурных центров идет довольно успешно, что дало основание Министерству включить в свои дальнейшие планы создание подобных ресурсных центров на базе других школ.

Также, в прошлом году мы разработали для начальной школы проект новой программы, основной задачей которого является систематизирование ожидаемых результатов обучения по каждому году обучения и применения учебных ресурсов для ее осуществления. Эти результаты в качестве учебного ресурса были включены в учебный комплект, состоящий из нескольких частей и рассчитанный на каждую возрастную группу. Также, с целью расширения программы английского языка, преподаваемой в нашей школе, мы ввели новый предмет — Social Studies, что можно перевести как «исследования общества», это широко распространенный во многих международных программах предмет, нацеленный с самого раннего детства создавать у учащегося понимание огромного разнообразия людей, взаимооотношений, традиций, историй сообщества в широком смысле этого слова.

mg_7742-min.jpg

—   А если какой-то ребенок не успевает за остальными, отстает от общего уровня?

—  Как общеобразовательная школа, мы не обладаем ресурсами для проведения дополнительных,   занятий с такими учениками. В частных школах из отстающих учеников комплектуют специальные классы и постепенно доводят уровень их подготовленности до необходимых параметров. Мы стараемся решать эту проблему, изначально распределяя детей по уровневым группам. Но, конечно же, это такая проблема, которую школа своими силами решить не может. И это касается не только английского языка. Есть такое понятие, как дополнительные педагоги.

 

—  Разве невозможно решить данную проблему силами педагогов, уже имеющихся в штате?

—  Возможно — с точки зрения времени, но не финансирования. Мы можем себе позволить за счет средств, зарабатываемых школой, пригласить специалиста со стороны для разработки новых программ, проведения тренинга с педагогами…

 

—   Ваша школа входит в проект инклюзивного образования?

—   Нет, скорее всего, из-за очень большого количества учащихся, а также с точки зрения функциональной неприспособленности здания школы к обучению в ней детей с проблемами со здоровьем: у нас шесть этажей, мраморные лестницы, не оборудованные нужными пандусами, очень маленький лифт…

Но хотя мы и не являемся частью проекта инклюзивного образования, тем не менее у нас учатся дети с серьезными проблемами здоровья: дефектами зрения, детским церебральным параличом, огромное количество детей со сколиозом… Для таких деток стараемся проводить определенные минимальные аккомодации, к примеру, разрешаем родителям доносить тяжелые портфели до класса.

 

—   А как складываются отношения этих ребят с ровесниками?

—   Знаете, только мы, взрослые, думаем, что общество обычных детей и детей с проблемами здоровья – два разных общества, которые должны сосуществовать. В странах, в которых зародилась философия инклюзивного образования, дети не смотрят друг на друга как представители двух разных лагерей. Когда я первый раз посетила Америку в 2001 г., удивилась тому, как просто, обыденно, без привлечения особого внимания, в этом обществе относятся к инвалидам. Везде: в транспорте, на улице, в учреждениях чувствуется продуманная до мелочей забота об этой категории граждан, имеющая целью показать, что они такие же, как и остальные, просто с особыми потребностями. Как говорила Мария Монтессори, одна из революционерок образовательного процесса: “Дети учатся не ушами, а глазами. Их учит то, что окружает, а не то, что им говорят”. Если педагог сам человечно относится к ребенку с проблемами здоровья, если всегда готов броситься на помощь, то детям не надо говорить “делайте так же!” — они будут делать, потому что это – модель поведения, которую они впитывают глазами. Каждый ребенок изначально нацелен на позитив, помощь и сочувствие. Лишь видя у нас, взрослых, другую – закрытую, агрессивную модель поведения, он тоже может начать так себя вести. Граждан надо воспитывать с самого раннего возраста в духе терпимости и сопереживания к людям с ограниченными возможностями здоровья.

Необходимая поддержка со стороны государства в вопросе развития инклюзивных подходов в образовании существует, мы это видим по проектам, осуществляемым в этом направлении  Министерством образования, к проекту подключен ряд школ – это большой шаг вперед. А я вообще позитивно настроенный человек, и когда вижу, какие хорошие у нас дети, насколько они эмоционально открыты и как пока еще многое в их характере можно откорректировать при правильном отношении, меня это окрыляет. Уверена, что «плохих» детей не бывает, есть «плохой» опыт, который детки получают от нас, взрослых, как дома, так и в школе, на улице, везде. Есть возраст, когда самое важное – это не упустить время, вмешаться, применив даже кардинальные меры, но выправить ситуацию, по своему опыту скажу, что это 12-14 лет.  Расскажу об одном своем опыте-открытии. Я ездила в Сингапур в конце прошлого года. Эта страна занимает лидирующее место в мире по качеству организации образовательного процесса и лидирует по показателям результатов учащихся по техническим предметам. Там удивительно многое, но что меня поразило, это то, что по закону в школах Сингапура можно применять телесное наказание!

mg_7726-min.jpg

—   Да что Вы? И как же наказывают бедных детишек? Уж не розгами ли?

—  Вы смеетесь, а ведь угадали – именно розгами! Правда, есть серьезные ограничения, вернее строгие правила, предписывающие, как и что можно делать с целью применить такое наказание. Например, это вправе сделать лишь директор школы, наказать розгами можно только провинившегося мальчика, потому что девочки охраняются законом, на них нельзя поднимать руку, и к конкретному ребенку такое наказание можно применить всего один раз. К тому же, чтобы директор воспользовался своим правом для наказания, у него должна быть сильная доказательная база. Наказание производится публично, с обязательным присутствием родителей наказываемого. На тренинге, в результате которого я об этом узнала,  присутствовали представители разных стран и все без исключения восприняли этот факт негативно. Как? “А как же демократия, а свобода личности, личностный подход?!” На что наш тренер сказал: “Вот в этом он и проявляется: насколько глубоко директор школы понимает психологию того или иного своего подопечного”. Ведь дети разные и то, что может навредить одному, для другого ребенка станет шагом к исправлению. Кому-то даже один показательный удар розгой по руке может сломать жизнь, нанести душевную травму. А другому – наоборот, пойдет на пользу. И это действительно так. Я, конечно же, я не призываю к применению этого конкретного опыта в наших школах (смеется), но это показатель того, как образовательная система подстраивается под общественные нужды, традиции, специфику своих стран, система тоже должна быть умной, гибкой и нацеленной на человеческий фактор.

Кроме того, в Сингапуре очень внимательно подходят к выбору педагогических кадров. Отбор представляет собой сложнейший продуманный механизм, случайных людей в системе образования там попросту нет. Сюрпризом для меня стало то, что распространенная у нас система оценивания с помощью так называемого тестирования – когда соискателям предлагаются закрытые вопросы с обязательным набором вариантов ответа, там вообще не применяется. Для привлечения людей в педагогику, используются только интервью и так называемые симуляции, то есть создают ситуации, в которых человек, идущий на какую-то позицию в системе образования, должен показать, как он будет действовать, реагировать, какие черты характера проявлять, какие знания применять. Конечно, это более трудоемкий и требующий времени подход, но он дает лично мне понимание того, насколько серьезно в стране относятся к выбору людей, влияющих на формирование и рост маленьких граждан, а значит, в конечном счете на развитие всей страны.

 

—   Юлия ханым, что из задуманного Вам еще не удалось осуществить и что, по-Вашему, в образовательной или административной сфере нуждается в коррекции?

—   Мы хотели устроить библиотеку для учеников младших классов, но к сожалению, места так и не подобрали – на месте, которое планировали для этого, сейчас выстроен наш ресурсный центр. Вообще, места, несмотря на то, что школа такая большая, нам явно недостаточно.

Также у нас, увы, отсутствуют кабинеты труда (ныне этот предмет называется “Технология”) для мальчиков и девочек. Все прошлое лето пытались выкроить какой-то уголок для этого, но опять не получилось. А тот формат, в котором сейчас преподается этот предмет, очень неинтересный, непрактичный. Одним заучиванием текстов здесь не обойтись. Конечно, педагоги стараются находить выход из положения – показать видеоролик, смастерить что-то… Но в итоге оценивание все же происходит по результатам тестов. Ребенок, должен просто запомнить нужный вариант ответа, на основе которого идет оценивание усвоения им материала. Что, конечно же, неверно. Но мы не сдаемся и все-таки найдем место в нашей школе для нужного кабинета.

Кроме того, хотелось бы поделиться своими наблюдениями по поводу уровня подготовленности педагогических кадров. К нам приходит молодежь, чуть старше 25 лет. По оцениванию они прекрасно владеют знаниями своего предмета, но зачастую не имеют никакого понимания того, как разговаривать с детьми и управлять классом. Это следствие не только отсутствия опыта, но и теоретического непонимания педагогических задач, которое является результатом слабой, давно потерявшей свою актуальность, программы подготовки преподавательских кадров.

Сейчас в нескольких городских школах проводится проект “Məktəblilərin dostu”, с привлечением в школы молодежи в качестве вожатых или наставников. Я видела репортаж на одном из наших телеканалов, в котором показали, как молодой парень, разговаривая с ребенком, просто присел на корточки перед ним. Психологически это настолько верно и оправданно – находиться на уровне глаз ребенка, делящегося с вами своими проблемами. Но возникает вопрос: почему наши педагоги так не делают? Почему так называемый «друг школьника», проектно-вовлеченный человек без педагогического образования, прошедший, скорее всего, определенные тренинги, это делает, а дипломированные молодые педагоги начинают работу с попытки выстроить дистанцию между собой и учениками?

Лично я, будучи директором школы, стараюсь в большинстве случаев разговаривать с детьми не как администратор. Обычно бывает достаточно спокойно поговорить с ребенком, даже чуть понизив тембр голоса. Уверяю, действует практически всегда.

mg_7720-min.jpg

—   Юлия ханым, чем Вы остались довольны за истекший период?

—   К счастью, моментов позитивных и внушающих оптимизм много. Мы смогли добиться того, что в школе царит дружественная среда, как между учениками, так и преподавателями, что является очень важным фактором для меня. Всячески поддерживается малейшее проявление инициативы со стороны педагогов. Если ко мне приходят с какой-то идеей, всегда стараюсь найти в этом что-то хорошее и полезное, дать человеку шанс это реализовать. По мере возможностей пытаюсь лично участвовать в школьных мероприятиях, демонстрируя таким образом модель поведения взрослого человека и педагога в школьной среде.

Важным фактором благоприятного внутришкольного психологического климата является и установление доверительных отношений с родителями наших учеников. Несмотря на приемные дни, для родителей мы всегда открыты, они могут в любое время обратиться лично ко мне с беспокоящей их проблемой.

Также, в школе успешно продолжается внедрение проектно-исследовательской методики работы. Например, недавно прошли дни представления начальными классами исследовательского проекта “Я живу на берегах Каспия”. Сама по себе тема звучит довольно обычно, но с точки зрения подхода к ней педагогов и детей, а также учитывая то, до каких геологических, археологических, исторических, географических, письменных источников “докопались” они вместе со своими подопечными и их родителями, можно прийти к выводу о важности этих проектов. Ведь в процессе работы над ними дети учатся ставить исследовательские вопросы, ориентироваться в окружающей среде, сознательно относиться к процессу обучения. В этом и есть польза проектной работы – она всегда интегративна, как с точки зрения тематики дисциплины, в которую вовлекает, так и с точки зрения того, чему и как учится ребенок в результате обучения. Здесь и постановка вопроса, и совместная работа со взрослыми, и умение презентовать свою работу, защищать ее, оценивать работу других…

 

—   И умение радоваться работам товарищей…

—   Да, это очень важная составляющая, которая, между прочим, не так распространена в старших классах, потому что там, к сожалению, очень сильно давит оценивание. В общем, мы остались довольны результатами и собираемся продолжить внедрение проектно-исследовательской  методики обучения.

Также, в этом году у нас завязались партнерские отношения с такими ВУЗами, как Университет Искусств и Академия Художеств. На базе школьных студий их специалисты проводят мастер-классы для наших детей, как правило, с 1 по 7 классы. Так, в школе очень успешно прошел проект “Голос” под руководством наставников-вокалистов Университета Искусств. Причем, в нем участвовали ребята вплоть до 11 класса, обычно жалующиеся на нехватку времени (смеется).

С очень хорошими результатами мы выступили в мае прошлого года в военно-спортивной игре “Шахин” — взяли 1 место по республике. Вот наш Диплом (показывает на стенд). У нашего военрука прекрасные взаимоотношения с детьми, даже девочки с удовольствием посещают занятия. И результат не заставил себя ждать. Отмечу, что школа занимала первое место в игре в 2006 г., когда директором была Наиля ханым Рзагулиева. И вот, спустя 10 лет, мы вернули себе титул победителя. И это еще не все. Как победители республиканского тура, мы в этом году  представили свою военно-спортивную игру – “Угур”, победители которой получили главный кубок из рук мамы нашего героя  Таира Гасанова,, нашего выпускника, имя которого носит школа. Мы чтим его память, дважды в год – в день рождения, 22 февраля и в день гибели, 30 сентября в начале учебного года в школе  проводится своеобразный мини-парад во дворе, который также принимает мама героя. Приходят одноклассники Таира, его друзья, однополчане. Именно это и есть живая история школы, страны – настоящая, прожитая, прочувствованная, интересная нашим детям и поэтому осмысленная, а не заученная абзацами из школьных учебников. Я и сама стараюсь, и призываю всех педагогов как можно дальше отходить от формального подхода в воспитании и образовании подрастающих поколений. Передавать детям как можно больше искренности, сердечности и тепла.

 

—   Кстати, об истории школы: удалось воплотить в жизнь идею, подсказанную Бахрамом Багирзаде — издать книгу воспоминаний бывших выпускников?

—   Идея действительно очень интересная и получила одобрение со стороны Министерства образования, куда мы отправили список потенциальных авторов. В 2019 году у нашей школы будет юбилей и мы надеемся, что к этой знаменательной дате данная идея воплотится в жизнь. Ведь воспоминания бывших выпускников – это не только история, но и очень хороший показательный пример для нынешних учащихся – посмотреть, кем стали и чего добились бывшие выпускники, как пишут о своей школе, об учителях. Это напоминание, наглядный пример того, что преданность родной школе, педагогам может сохраниться на всю жизнь.

 

—  Юлия ханым, можете поделиться секретом успеха школы?

—  В центре успеха, не только в образовательной, но и любой другой организации, стоят кадры.

Руководитель большой организации должен иметь  полномочия набирать свою команду, ведь ответственность на нем лежит тоже очень большая. У нас, в целом, достойные кадры, как среди опытных педагогов, так и молодежи. Вообще, за время работы в школе я сделала вывод, что там, где могу сама проводить кадровый отбор, выбирая людей с соответствующим уровнем образования, мировоззрения, соответствия определенным критериям, четким пониманием того, как работать с детьми — все складывается на пользу общему делу. В этом ракурсе вполне закономерно то, что все наши новые проекты, которыми руководят отобранные мною специалисты – успешны. У нас прекрасно развивается Центр детского развития и творчества, ресурсный центр, о работе которого я уже рассказала. А уж если в классе работает ответственный, толковый педагог, любящий свою работу, у детей все будет прекрасно! Они будут не только интеллектуально и физически развиты, но и эмоционально очень стабильны.

 

—   А как идут дела у Ваших собственных детей? У Вас ведь двое сыновей?

—   Старший учится в девятом классе, играет на гитаре, у него своя, заполненная интересными событиями, жизнь. Младший — третьеклассник, учится в нашей школе, в очень хорошей среде, с толковыми, талантливыми, очень деятельными детишками. Ходит в музшколу, активно занимается игрой на фортепиано, танцами. Раньше рисовал, потом забросил, скучно стало (смеется). В общем, дети растут, развиваются.

 

—   Дети растут, а остается ли свободное время для себя?

—   Я очень бережно и даже ревностно отношусь ко времени с 10 до 12 часов вечера – это мое личное время и табу для окружающих. Потому что эти два часа хочу потратить на хорошую книгу, фильм, изучение чего-то нового и интересного. Того, что дает мне почву для раздумий, пищу для ума, служит своеобразным аутотренингом и помогает перейти от одного стрессового дня в другой…

 

—  Что запомнилось из недавно прочитанного?

—  В последнее время очень увлеклась турецкими писателями, хотя Памука давно начала читать и стараюсь не пропускать его новые произведения. Недавно прочла роман “Рыжеволосая Женщина”, в которой автор с философской точки зрения говорит об истинах, о которых мы порой забываем. Сейчас читаю Элиф Шафак – роман “Ученик архитектора”. А до этого были “Честь” и прочитанный залпом роман “40 правил любви”, подаренный одним из моих учеников; очень понравилось, тем более, что я сама интересуюсь суфизмом…

Из европейцев привлекают современные французы: Марка Леви практически всего прочитала. Недавно на день рождения мне подарили роман “Бездна” Кристофа Оно-Ди-Био – это буквально плач по умирающей европейской культуре, цивилизации, способной, тем не менее, стать почвой для возникновения новых культурных пластов, как это и раньше бывало в истории. Кстати, роман наталкивает на мысль, что надо успеть поездить, увидеть достопримечательности Европы, всем насладиться и… ждать дальнейшего развития событий, свидетелями которых мы еще будем. В романе Памука “Рыжеволосая женщина” есть фраза: “…я размышлял о том, как странно быть свидетелем этого мира и жить в нем”. Это истинная правда — мы свидетели действительно очень интересных, хотя подчас трагических событий, происходящих в мире. Дай Бог, чтобы все у нас в стране было спокойно, без потрясений, чтобы привычная жизнь шла своим чередом. Чтобы мы могли жить, читать каждый вечер хорошие книги, открывать по утрам школы для наших детей, которые ходят сюда учиться. Чтобы мы смогли сохранить этот хрупкий мир, который построили, собственными руками и усилиями, для наших детей. Это сейчас действительно очень важно.

 

—   Юлия ханым, спасибо Вам за беседу. Желаем еще большей результативности и удачи во всех Ваших начинаниях!

 

Интервью : Нигяр Гусейнова

Фото : Шаин Гусейнов

Добавить комментарий