Вугар Али: «В этот момент зал взорвался — картина показала свою силу»

Есть художники, чье творчество узнаваемо сразу. Полотна таких авторов всегда выделяются на фоне работ других живописцев. Одним из таких мастеров является Вугар Али, чьи картины сочетают в себе самые яркие краски, а сюжеты всегда наполнены добром, излучая положительную энергетику.

Несмотря на то, что автор создал несколько ярких образов, которые стали визитными карточками маэстро, «Наргиля» и «Кяманча гыз», Вугар Али не останавливается на достигнутом, и продолжает экспериментировать. Он представляет зрителю другого Вугара, которого они раньше не видели и не знали. Таким своего рода открытием стала его выставка «Цвета джаза», где он отступил от своей привычной манеры и проявил себя в новом стиле.

Во время беседы Вугар рассказал, какие изменения произошли в его творчестве за последние годы, почему он решил начать преподавать, что ему дает участие на международных фестивалях и какие планы он строит на будущее.

 

— Вугар, здравствуй! Уже больше года ты — учитель кафедры Дизайна и декоративно-прикладного искусства АГУКИ. Как тебе в новом амплуа? Тебе нравится учить молодежь, общаться не только с холстом, красками, но и с учениками?

— Добрый день! Я никогда не думал, что буду преподавать, и не мог себе представить, что мне будет нравиться этот процесс. Перед началом педагогической деятельности я задавал себе вопрос – «а получится ли у меня?». Как показала практика, получается, мне комфортно в новом амплуа. Помню, как сам был студентом, поэтому стараюсь учить своих подопечных так, как в свое время учили меня. На первом месте для меня всегда стоит человеческий фактор. Обучение — это взаимообратный процесс. Есть более и менее талантливые студенты, но для меня они все равны.

Бывают случаи, когда одаренные люди более ленивы, им не хватает мотивации, в то время как их менее способные коллеги, проявляют больше упорства и стремления, что позволяет им добиваться успеха. Талант дается Всевышним, учитель лишь показывает дорогу, которую должен пройти ученик, вооружившись технически, философски и композиционно. Мне нравится делиться опытом со студентами, особенно, когда я вижу желание и стремление с их стороны.

Хочется, чтобы у тебя были последователи. Стараюсь использовать индивидуальный подход, расположить ребят к себе. Войти в доверие, ведь только в этом случае можно создать необходимый контакт и добиться взаимопонимания, когда студенты будут тебе верить и идти за тобой. Студенты всегда чувствуют искреннее отношение педагога.

24c1957438688c8d25a086083051c1b9.jpg

— Не так давно ты создал роспись для кафедры театра и кино под названием «Teatr Ruhu». Расскажи об этом подробнее, как зародилась идея?

— Как ты знаешь, наш Университет объединяет разные виды искусства, но главный факультет – это театроведческий, т.к. в свое время АГУКИ был преобразован из Бакинского Театрального Института. В прошлом году учителя выставляли свои работы. Я тоже представил картины, которые несли в себе театральную композиционную тематику и театральный дух, ведь я работал театральным художником.

Эти работы были сделаны специально для одноименного факультета, где я использовал мировой подход и показал театральную атрибутику — маски Арлекина, где отсутствует ментальная тематика и время. Идея данного проекта зародилась уже тогда и была поддержана нашим уважаемым ректором Фарах ханум Алиевой. Дело в том, что после ремонта в части здания, где занимаются студенты кафедры театра и кино, образовалось большое пространство, которое требовало декораций или театрального занавеса.

Первоначальная задумка была создать стилизованные формы и перенести эти эскизы на гобелены. Однако, позднее, было принято решение подготовить расписной вариант. Работа состоит из двух частей, размером шесть квадратных метров, собранная из восьми фрагментов каждая. Картина олицетворяет занавес. Я использовал ассиметрию и нетрадиционные подрамники в виде трапеций и треугольников, из которых собирается общая композиция.

— А что касается выбранного тобой сюжета?

— В сюжете использованы две доминирующие маски: одна смеющаяся, другая – печальная. Радостная маска надета на грустном персонаже, во втором случае – все наоборот. Это игра – радость-печаль. Главные персонажи – мужчина и женщина. Исполнение – декоративно-монументальное решение. Использованы стилизованные формы, показан синтез разных видов искусства: архитектуры, живописи, поэзии и т.д., но доминирует в этом сочетании, конечно, театр, дух которого я показал, что отразилось в названии работы. Занавес символизирует границу дозволенного, что может видеть зритель – сцену, а что должно всегда оставаться для него загадкой – закулисье. Аналогичный занавес или дистанция всегда присутствует между людьми, что определяет рамки дозволенного, обеспечивая взаимное уважение.

Мне было приятно получать теплые отзывы от людей, присутствующих на презентации работы, среди которых были известные актеры и режиссеры, преподающие в АГУКИ. Картина, как отмечали люди, очень удачно и гармонично вписалась в пространство. Есть моменты, которые можно было как-то изменить, но в целом я остался доволен картиной.

be811cdc7f47161cb74a89b6ea6ba948.jpg

— Вугар, ты регулярно посещаешь международные фестивали. Скажи, что дают тебе, как творческому человеку, такие мероприятия? Как они влияют на твое творчество?

— Я очень люблю принимать участие в международных фестивалях и симпозиумах. Это доставляет большое удовольствие. Работать в группе единомышленников, число участников порой исчисляется десятками, всегда интересно и лично для меня комфортно. Если сравнивать творчество в мастерской, когда ты находишься в своем мире — это совсем другое. Здесь ты пишешь у всех на виду, за твоей деятельностью наблюдают. Ты уже на сцене и показываешь перформанс, причем без подготовки. Это импровизация, спонтанность.

Помню, как на симпозиуме в Стамбуле, согласно регламенту, мы писали не масляными красками, а простым карандашом с натуры, что на симпозиумах бывает не часто. Обычно бывает импровизация, связанная с регионом, где проходит фестиваль, а также одна произвольная тема. Традиционно организаторы проводят отличную культурную программу. Я всегда пишу не менее 5-6 картин, которые оставляю городу, где проходит симпозиум, чтобы частичка моей души осталась в другой стране и нашей азербайджанской культурой могли любоваться люди.

После выставки цвета «Цвета джаза» в Баку я писал на симпозиуме азербайджанских джазменов, включая Парвиза Рустамбекова и Азизу Мустафазаде и  по ходу рассказывал турецким любителям искусства про ключевые фигуры в истории азербайджанской джазовой музыки, включая легендарного Вагифа Мустафазаде, о котором граждане Турции не так много знают в отличие от его дочери Азизы. Я рассказал им про творчество Вагифа, поставил записи, и слушатели были в неописуемом восторге от его виртуозной игры. Таким образом, живопись начинает пропагандировать другие виды искусства – в данном случае музыку.

— Несмотря на то, что твоими визитными карточками стали два женских образа «Наргиля» и «Кяманча гыз», в своем творчестве ты часто обращаешься к бакинской и абшеронской темам. Чем тебе близка каждая из них?

— Я часто сам задаю себе этот вопрос. Они все для меня важны и каждая занимает свое место в моем творчестве. Все зависит от периода. Было время, когда я целыми днями создавал образы «Наргиля» и «Кяманча гыз», а также обращался к теме Баку и стилизованным театральным формам. В глубине души у меня сидит другая страсть – это джаз.

Считаю, что способность выражаться на разных языках живописи только обогащает меня, не сужает, а расширяет мои возможности. Полноценным художник считается тогда, когда он разбирается в живописи, графике и скульптуре. Это его лицо. Если даже он не создает скульптуру, он должен ее чувствовать. Не обязательно доминировать в каждом из этих направлений, эти задачи каждый художник ставит себе сам и сам выбирает то, что ему ближе.

— Вугар, тебе приходится ждать вдохновения или оно приходит во время творческого процесса?

— Вдохновение быть должно. Ты можешь создать пять картин, четыре из которых будут сделаны, опираясь на опыт, но в одной будет присутствовать искра, огонь, изюминка, дух. Это обычно происходит, когда в процессе творчества ты оставляешь одну работу и спонтанно начинаешь писать совершенно другую, заканчивая всего за пару часов, а может быстрее.

Внутренняя энергия вырывается изнутри, которая скапливалась долгое время, выплескивается на холст. Ты словно дервиш, который крутится не переставая, и в один момент он останавливается, в результате чего происходит «взрыв» — рождение прекрасного. Самое сложное не выплеснуть краски на холст, а собрать их воедино, создав композицию. Это и есть искусство! Подобное со мной часто происходит на симпозиумах.

e39d4c0bf8cecfef99e7076a10f75e35.jpg

— Хочу поговорить про твою персональную выставку «Цвета джаза», которая прошла пару лет назад. Расскажи, как ты выбирал персонажей, чьи образы необходимо было включить в экспозицию?

— Это был совместный проект с моим другом, джазменом Раином Султановым, который и предложил мне воссоздать мир джаза с помощью изобразительного искусства. Это была первая художественная выставка в рамках Международного джазового фестиваля в Баку.

При создании экспозиции я использовал не фигуративный подход, а монументальную живопись, которая сидела в моем сердце, еще со времен учебы в институте. Сюжеты, выбранные мною, приходили в процессе творчества. Их можно условно разделить на несколько частей. Например, монументально-композиционные картины, просто фигуры и мотивы. Это собирательные образы западных музыкантов: тромбониста, кларнетиста, саксофониста и т.д.

Первыми были созданы образы известных западных музыкантов, таких, как Элла Фицджеральд, Дюк Эллингтон, Луи Армстронг. Потом я подумал, а почему бы не изобразить мэтров, многие из которых стояли у истоков азербайджанского джаза и внесли неоценимый вклад в развитие этого музыкального жанра в Азербайджане. Например, Парвиз Рустамбеков — легенда азербайджанского джаза, выдающийся музыкант-саксофонист, а также уникальный музыкант-виртуоз. Один из основателей музыкального жанра джаз-мугама, легендарный Вагиф Мустафазаде, которому я посвятил три картины. Выдающийся азербайджанский джазовый музыкант с трагической судьбой, которого мы все любим и слушаем, Рафик Бабаев.

Помимо корифеев, в экспозицию вошли работы действующих музыкантов, прославляющих Азербайджан по всему миру. Это молодой джазовый музыкант, заслуженный артист АР Исфар Сарабский, который, несмотря на свой молодой возраст, уже достиг многого в джазовом искусстве. Другой музыкант – пианист, джазмен, заслуженный артист АР, гастролирующий по всему миру, Шаин Новрасли, которого я изобразил в процессе игры.

Следующий музыкант – это Азиза Мустафазаде, дочь гениального Вагифа. Девушка прославилась не только прекрасной игрой, но и красивым пением. Данную картину можно с легкостью назвать королевой моей выставки – в день открытия возле нее люди выстраивались в очередь, чтобы сфотографироваться. И конечно, портрет моего дорогого друга – известного джазового музыканта, саксофониста, заслуженного артиста АР Раина Султанова.

— Спустя год ты вновь презентовал картину Рафика Бабаева на вечере, посвященном памяти азербайджанского музыканта, который прошел в рамках Международного джазового фестиваля…

— Да! Картина, посвященная Бабаеву, называется «Əlvida» (Прощание). Она стала для меня одной из самых дорогих картин, когда-либо мною написанных. Я показал его в своем видении, используя всего три цвета: черный, белый и красный. Думаю, объяснять саму композицию нет необходимости, ведь зритель сам понимает, что к чему. Его взгляд, тень, руки, композиция говорят сами за себя. Он словно прощается с нами. Эта картина была очень тепло воспринята публикой на тогдашнем концерте, включая родных Бабаева, и в итоге оказалась в частной коллекции. Во время презентации полотна, когда с него снимали покрывало, прозвучала знаменитая композиция Рафика Бабаева «Əlvida». В этот момент зал взорвался аплодисментами. Картина показала свою силу.

e13713006516aebcec14d18aa41ded81.jpg

— Вугар, если к тебе обратятся с предложением создать портретную серию, но право выбирать героев для будущей экспозиции останется за тобой, портреты каких личностей ты напишешь?

— Это Гара Гараев и Ниязи. Я восхищаюсь творчеством этих музыкантов и композиторов. Конечно, Руми, которого я писал неоднократно, особенно после посещения Коньи, где находится его мавзолей. Это помогло мне проникнуться философией Руми. Я хотел бы создать образ Низами Гянджави, Омара Хайяма и многих других.

Главное,  во время создания таких портретов – это необходимость показать характер и харизму личности, ведь мы не знаем, как выглядели многие из них, поэтому нужна импровизация, чтобы создать правильные образы. А для этого нужно прочесть много литературы и досконально изучить своих героев, прочувствовать их, чтобы картина получилась живая.

— Как, по-твоему, художнику следует посещать выставки своих коллег? Если да, то почему?

— Конечно! Художнику не следует запираться в своей мастерской, нужно общаться, беседовать со своими коллегами, посещать выставки, путешествовать.

— Когда нам ждать персональной выставки Вугара Али?

— Мне хотелось бы реализовать новый оригинальный проект, но в настоящее время у меня запланированы поездки на международные симпозиумы, которые идут параллельно с преподаванием в АГУКИ, а создание экспозиции требует много времени, сил и терпения. Думаю, если что-то появится на горизонте, вы обязательно об этом узнаете (улыбается).

 

Рубрика ART выходит при поддержке магазина ECAZ, в котором представлены товары art&hobby! ECAZ — это самые необходимые товары для желающих заниматься рисованием, творчеством и хобби; здесь есть все нужное и важное как для учащихся художественных школ и вузов, профессионалов, так и для тех, кто занимается любимым творчеством для души или только планирует им заняться.

Bakı, Azerbaijan

Heydər Əliyev pr. 66/68

Phone: +994 125142904

Mob: +994 502051178 

acf2313e3fd2e8823575c854bc81706d.jpg

14e29e3fcf45273c41461e42405d5bf6.jpg

 

One comment

  1. Внутренняя энергия вырывается изнутри, которая скапливалась долгое время, выплескивается на холст. Ты словно дервиш, который крутится не переставая, и в один момент он останавливается, в результате чего происходит «взрыв» — рождение прекрасного. Самое сложное не выплеснуть краски на холст, а собрать их воедино, создав композицию. Это и есть искусство! Подобное со мной часто происходит на симпозиумах.

Добавить комментарий